— Ну правда, какой из тебя дракон? Это же огромные чешуйчатые твари с крыльями, плюющиеся огнем, и без мозгов. С ними люди даже связываться не стали, потому что с такими невозможно договориться!
— Они и не пробовали! — буркнула я, размашисто шагая по плитам. Разорванная ночнушка почти не мешала движениям. Я видела взгляды, которые истинный изредка бросал на мое просвечивающее в прорехах тело, и вопреки растущему возбуждению злилась все сильнее. — Попытались сходу высадиться на центральном острове, а когда мы их погнали, обложили по периметру.
Считай, пат. Мы слишком ценим жизнь, чтобы ввязываться в бессмысленную бойню. Ну, уничтожили бы мы один флот, на смену пришел бы другой. Эти люди плодятся быстрее мышей!
С запозданием я поняла, что гулкое эхо шагов Ведариса уже не откликается в такт моим. Он застыл на повороте, глядя на меня расширившимися глазами.
— Ты ведь сейчас не шутишь. Ты веришь в то, что произносишь, — осторожно приближаясь, заметил он.
Сквозившее в его движениях опасение больно резануло по и без того напряженным нервам.
Я вспылила окончательно.
— Конечно, верю! И мы вовсе не безмозглые твари! Тяжело, знаешь ли, вести разговор о прекрасном и высоком, когда твой собеседник удирает с воплями или пытается ткнуть в тебя чем-нибудь острым! — рявкнула я и от нервов спонтанно перевоплотилась.
Давненько у меня не случалось неконтролируемых оборотов. С подросткового возраста, поди. Но в данной ситуации он оказался как нельзя кстати.
Я бы еще долго доказывала на словах, что не шучу, а тут вот оно — увесистое такое свидетельство.
С крылышками.
Больше всего я боялась, что Ведарис от меня отвернется. Не всем по нраву змеи, а моя ипостась на нее отдаленно походила. Только тело чуть крупнее, лапки есть, и крупные ушки-локаторы на приплюснутой почти крокодильей морде.
Милашка, одним словом.
Рука эльфа сама потянулась к тонкой перепонке крыла, но поспешно отдернулась.
— Можно? — все же не выдержал он.
Я кивнула, и по опорной косточке прошлись сухие, слегка мозолистые кончики пальцев.
Мой истинный присел, оглядывая меня со всех сторон. Приподнял крыло, согнул и разогнул, проверяя гибкость ткани и упругость перепонки. Ученый, он и в такой интимный момент ученый. С другой стороны — кому еще из его расы выпадала редкая возможность хотя бы издалека лицезреть дракона, не то что щупать?
— Ничего себе! Настоящая! — пробормотал он завороженно, оглаживая чешую.
