Дракон коварный, одна штука

И всё бы ничего, но… что он себе позволяет? Это отбор в учебное заведение, или какая-то нескончаемая ода его самодурству? Мы кадеты-новобранцы или личные рабы?

В общем, я не выдержала:

– Милорд Рагар, прошу прощения, но вам не кажется, что это слишком?

Тиран не смутился, надменно заломил бровь.

– Почему вы меня отстраняете? У меня неплохие, а может даже лучшие результаты в общем зачёте. Вы слышали, что сказал Йерс? Мой вклад в победу команды в сегодняшних учениях значительный. Значительный, понимаете?"

"– То есть ты у нас не только подлиза, но и скандалист? – ничуть не впечатлился выступлением Рагар.

– Я всего лишь отстаиваю свои права, – я сложила руки на грудь. – Разве в этом есть что-то странное? Разве это запрещено?

Командира опять не проняло, про Женевскую конвенцию и Права человека он точно не слышал. А я была возмущена настолько, что даже про страх забыла. Хотелось драться, топать ногами и визжать.

Принц говорите? Нет, он не принц, а смазливый солдафон, возомнивший себя пупом Вселенной! Будь я настоящим Харринтером, уже строчила бы письмо родителям и жалобы во все инстанции.

Зато теперь ясно, почему он закрыл возможность телепортации. Чтобы проверяющие не пришли!

– Нежный, иди отсюда, – произнёс Рагар.

Уже не бесился, наоборот радовался. Понять бы ещё чему!

Я не ушла.

– Я требую права участвовать в отборе наравне с остальными, – сказала чётко, звонко, уверенно. Как подобает настоящему аристократу.

– Наравне не получится. А если будешь дерзить, то вылетишь с самой отвратительной формулировкой, понял? Теперь развернулся и кыш отсюда.

Недолгая война взглядов, моя ярость против его насмешки, и… я проиграла.

Причём даже не поняла как это получилось – просто проиграла и всё. Снаружи ждали Йерс, ребята из команды и другие кадеты, и стоило закрыть дверь, как рыжий спросил:

- Что произошло? Зачем тебя вызывали?

Я не ответила, пожала плечами. Что произошло? Мне бы тоже хотелось знать!

Потом, как и обещал Рагар, объявили построение.

К нам вышли и командир, и политрук, причём последний нежно поглаживал свой необъятный живот и щурился. Глядя на довольную физиономию Форгина, большинство из нас расслабилось, но зря.

Построение получилось не очень приятным и напомнило всем, что мы на отборе. Рагар назвал десять фамилий, а когда парни сделали шаг вперёд, объявил, что, для них испытания завершены.