Дракон

Верховный техножрец жестом предложил ксеноброну занять место среди них и, обойдя помост, поднялся к алтарю. Адепты быстро приковали к алтарю первую жертву, и обряд начался. Раз за разом верховный техножрец крепости вспарывал жертве живот и вырывал из груди еще живое, трепещущее сердце.

Хруст разрываемой плоти, крики и стоны жертв, монотонное пение жрецов – все это сливалось в одну бесконечную, жуткую мелодию, которая вводила Альказа в транс. Очнулся он, только когда все стоящие рядом техножрецы дружно рявкнули славу духу крепости.

Понимая, что пропустил очень важный момент, Альказ набрал полную грудь воздуха и, не открывая глаз, заревел боевой клич абордажной команды, идущей на захват корабля противника.

Этот долгий, невообразимо грозный рев перекрыл все звуки в молельном зале и, отразившись от стен, с силой ударил по стоящим вокруг техножрецам. Не ожидавшие такого крика, они попадали на расстеленную ткань, закрывая слуховые отверстия руками и пряча головы под капюшоны своих хламид.

Верховный техножрец крепости удержался на помосте только благодаря тому, что успел запустить когти в тело прикованной жертвы. Дождавшись, когда отголоски крика Альказа стихнут, он медленно выпрямился и, найдя взглядом виновника этого безобразия, мрачно спросил:

– Зачем?

– Не знаю, – откровенно ответил Альказ. – Я воин, и мне показалось правильным приветствовать дух крепости как воину, а не как одному из его служителей.

– Тебе показалось? – зловеще переспросил верховный.

– Да. Мне показалось, – кивнул Альказ."

"– А ты не подумал о том, что нарушаешь устои и правила, назначенные задолго до твоего появления на этот свет? Знаешь, что бывает за такое святотатство?

– Думаю, будет правильно спросить об этом дух крепости. Если ему не понравилось, я приму любое наказание, – не открывая глаз, ответил ксеноброн.

Не ожидавший такого ответа техножрец растерянно зашипел, лихорадочно пытаясь найти ответ на такой выпад.

– Хорошо. Спроси его сам, – наконец нашелся верховный, злорадно оскаливая клыки.

– Если ты считаешь, что я достоин такой чести, я спрошу, – кивнул Альказ и, вскинув голову к потолку, тихо заурчал, про себя проговаривая вопрос.

Находившиеся в молельном зале техножрецы настороженно уставились на странного офицера, осмелившегося задавать вопросы могучему духу. В зале повисла мертвая тишина, нарушаемая только тягучим падением капель крови с алтаря.