Дракон

Но я также склонен считать, что духу корабля важен не сам процесс принесения жертвы, а его результат. Совершить сам ритуал может любой назначенный вами тех ножрец. Важнее молитва, с которой к духу обращается верховный. А разум моего верховного острее абордажной сабли. А что до перемещений, достаточно сделать носилки и взять на борт десяток рабочих особей. Они и станут его ногами. Любой верховный техножрец – это, прежде всего, мозг. Знания и опыт, которые можно получить, только прожив долгую жизнь. Поэтому, я прошу вас испросить разрешения на подобное дело у духа крепости или планеты, если требуется.

Я почему-то уверен, что это важно, – решительно ответил Альказ, сам не понимая причины своей уверенности.

Внимательно слушавший его верховный техножрец только растерянно покачал головой, не зная, что ответить дерзкому капитану. Наконец обретя дар речи, он злорадно усмехнулся, и Альказ понял, что именно собирается предложить ему верховный.

– Только не говорите мне, что я сам могу испросить разрешения у духа планеты, – быстро произнес Альказ, не давая оппоненту открыть рот.

– Вы лучше меня знаете, что с такой просьбой к нему может обратиться только особо посвященный техножрец. А я всего лишь воин. И даже благоволение духа крепости не позволит мне донести свою просьбу так высоко.

Не ожидавший от него такой проницательности техножрец замер с раскрытой от удивления пастью. Спустя несколько ударов сердца он очнулся и, сообразив, что выглядит глупо, сидя с обалделым видом, угрюмо прошипел:

– Я попытаюсь передать твою просьбу.

– Этого мало, – покачал головой Альказ. – Вы должны любой ценой добиться разрешения. Это важно.

– Это ты так считаешь или дух твоего линкора? – иронично спросил верховный.

– Спросите его сами, – не удержался Альказ."

"– Я вполне допускаю, что ты избранный, но даже если это так, никогда не переступай черту, разговаривая с техножрецами, – жестко прорычал верховный.

– Я делал и делаю только то, что должно принести пользу империи и Ксене, – не менее жестко отрезал Альказ.

Его начало бесить упрямство и нежелание техножреца воспринимать вполне очевидные вещи.

– Хорошо. Я спрошу совета у духа крепости, и если он согласится с тобой, подам такое прошение в совет верховных техножрецов, – взяв себя в руки, ответил верховный.

Тем временем адепты и послушники уже накрыли стол, основным блюдом на котором были еще теплые, надкушенные сердца принесенных в жертву рабов мягкотелых.