Кажется, тайна только-что потрясла своими ключами
Потянулись тревожные будни, сменяющие друг друга с сумасшедшей скоростью. Я проводила лекции и практические занятия, семинары и консультации, всем своим существом чувствуя странную, витающую в воздухе напряженность.
Службы безопасности, в лице королевского дознавателя Зорвила Брана и инквизитора Ракарвисса со своими помощниками, по-прежнему рыли землю в поисках того, кто две недели назад снял защиту с академии, позволив разноцветным тварям проникнуть внутрь.
Рыли, искали, допрашивали, и ничего не находили. Это беспокоило, и создавало нервозность в первую очередь у ректора и преподавателей.
Стенфил ходил озабоченный, на меня старался лишний раз не смотреть, что было мне только на руку – ссориться с влюбленной в него Лейлой мне совсем не хотелось. С меня хватало и того, что наши с ней отношения после нападения стали очень странными.
Лейла старательно держала дистанцию, при встречах смотрела на меня расширенными, напряжёнными глазами, словно видела что-то пугающее.
Было понятно, что приятельницами нам не стать, и сейчас мне ужасно не хватало моей ведьмочки, так и оставшейся моей единственной подругой в этом мире.
Тело Делайи отдали ее родственникам для похорон по обычаям ведьм, и тогда я впервые увидела ее мать, родную сестру моей земной соседки Генриетты Теодоровны.
Вернее, не впервые. Ею оказалась та самая дама Гертруда, которая продала мне зелье для роста волос, когда я ещё боялась всего на свете в этом мире, и сбивая пятки удирала от Родерика, думая, что он охотится за мной, как за той самой иномирной тварью.
Дама Гертруда меня не узнала, или сделала вид, что не помнит. В любом случае, напоминать о нашей встрече я не стала – у нее горе, нечего лезть к ней с криками «А я вас знаю».
Была местная суббота, последний учебный день в неделе, так же как в земных академиях. Я завершила последнюю на сегодня лекцию и решила проведать моего друга, огра Огурелла, с которым мы по-прежнему мило общались.
Вчера я сходила в свою любимую трактирию в квартале от академии и купила миндальных пирожных, которые мой друг обожал. И прихватив с собой перевязанную синей ленточкой коробочку, отправилась к нему в гости."
"По дороге со мной без конца здоровались и пытались заговорить знакомые, не очень и совершенно неизвестные мне адепты и преподаватели.
