Такое внимание, свалившееся на меня после ставшего знаменитым на всю академию поцелуя в столовой, и звонкой пощёчины, которую я вкатила Сторвиллу, когда он выпустил меня из объятий, мигом вознесли меня не просто на вершину популярности, где я и так пребывала, как местная красночешуйчатая редкость, а на совершенно заоблачную высоту.
На меня глазели, шептались за спиной, даже пальцем исподтишка показывали. И сплетничали без всякого стеснения.
К тому же интерес ко мне со стороны противоположного пола стал не просто активным.
Он превратился в назойливость, перемежаясь наглостью решивших попытать счастья и заигрывающих со мной драконов – а вдруг клюнет эта редкостная штучка, и именно его выберет на роль мужа.
Именно так рассуждали те, кто украдкой от моей охраны и, главное, от Родерика, начинал ко мне клеиться и осыпать двусмысленными комплиментами, а то и вовсе откровенными предложениями.
Каждый второй считал своим долгом потихоньку притиснуться ко мне и одарить обольщающим взглядом, будто был уверен, что своим вниманием осчастливит меня, и я брошусь ему на шею, полная радости и благодарности.
А когда этого не происходило, на меня выливались почти неприкрытые агрессия и оскорбления.
Все это ужасно злило, раздражало и вызывало желание спрятаться в самый дальний уголок, подальше от всего происходящего.
Было тошно, неприятно, и обидно, потому что все это отвратительное внимание дарили даже не мне, Лизе Дворцовой, а уникальной драконице, ценному призу, который каждый хотел заполучить.
Все эти дни я чувствовала себя вещью, объектом потребления, и это бесило и вызывало чувство тоскливого одиночества и желание плакать.
– «Ну что ты хочешь, Елизавета, они ведь драконы, и всегда стараются получить то, что считается дорогим и ценным, даже если это им не особо нужно. Просто дух соперничества.» – объяснила мне соседка по общежитию Лесента Белизская, магистр теории бытовых артефактов, когда я в расстройстве спросила у нее, почему все мужчины так себя ведут.
В ее голосе чувствовалось тщательно скрываемая злость: ее собственный жених, преподаватель зверомагии магистр Роув, холеный полуэльф-полудракон, был одним из тех, кто пытался ко мне исподтишка клеиться.
И это несмотря на наличие у него официальной невесты.
С главным кандидатом в мужья, ректором Вазининисом Дебраско мы несколько раз бродили по дорожкам академии, мило беседуя. Один раз вышли в город, прогуляться по субботней ярмарке.
Он очень старался понравиться мне.
