Ведь вероятно его держат в заложниках, или даже пытают, если он даёт такие распоряжения.
Но взгляд на Мелису, и… Даже идиоту ясно, кто выудил из монарха такое решение. И это тот противник, против которого не попрёшь.
Здесь и сейчас я тоже мог сказать многое. Например спросить про успеваемость. Если леди забросят учёбу, начнут прогуливать занятия, откровенно заваливать проверочные работы, их тоже не исключать?
А как насчёт собственного желания? Не из серии «хочу уйти, потому что директор довёл», а просто. Собственного на самом деле?
Да мало ли причин у леди покинуть школу? Что делать мне в таком случае? Удерживать?
Но озвучивать все эти вопросы я не стал.
Просто поднялся, поклонился представителям королевской семьи…
– Благодарю за встречу, – сказал ровно. – Был рад повидаться.
Тётушка хотела задержать, даже открыла рот, но моя вежливость иссякла. Поклонившись ещё раз, я шагнул в портал.
Я вышел на внутреннем полигоне школы и, на ходу сбрасывая камзол, отправился к защитной сфере. Где там столь любимая магистром Хиппом система имитации ближнего боя? Я готов! Прямо-таки жажду кого-нибудь убить!
Августа
День прошёл неплохо и даже отлично.
Сначала я читала учебник и конспектировала, а Янтарный лежал рядом, на том же диванчике, и лениво за процессом наблюдал.
Потом духу надоело, а украшенную острым гребнем голову посетила изумительная мысль:
– Мм-м, а может сделаем вот так?
Хранитель прикрыл глаза, замер, а через несколько секунд воздух перед столом дрогнул, и я увидела самую настоящую магическую проекцию.
Проекция демонстрировала лекцию, которую вот прямо сейчас слушал мой курс.
От радостного вопля я не удержалась. Подскочила, промчалась по кабинету, а в итоге совершила то, что лучше, пожалуй, было не совершать. Ведь Янтарчик – существо иного порядка, он не человек, и даже не совсем дракон, у него невероятная сила, иная логика и другие представления о допустимом.
Тем не менее, я подскочила и, в порыве чувств, крепко Янтарчика обняла.
Дух застыл, словно превратившись в настоящий камень, глаза стали ну очень круглыми.
Когда я отпустила, проныра посмотрел странно и поёжился.
Ну а я смутилась собственной смелости и притворилась, будто ничего не произошло.
Итак, унылая ситуация изменилась. Теперь, вместо самостоятельного чтения, я слушала преподавателя и опять-таки писала конспекты. Единственный «провал» вышел с занятием магистра Хиппа.
Это была практика, а участвовать в практическом занятии я, понятное дело, не могла.
