Драконье серебро

Манавр особенно… Тогда Краст-хёгг заявил, что раз конухм не желает работать для процветания Дьярвеншила, то пусть убирается прямо сейчас. Или докажет силой свое право быть конухмом. Тот и замолчал. Надулся, как злой йотун, но вызов риару так и не бросил…

— Почему? — шепнула я.

— Так все знают, что победить Краст-хёгга не выйдет, — поджала губы Анни. — Сильный он, лирин. Очень сильный! Вот совет родов и притих. Представляешь? Ой-ё, что будет!

Я помолчала, осмысливая. Что будет, что будет… Перемены будут. И где-то внутри вдруг ощутила гордость за Краста.

— Ну, я побежала, лирин! — спохватилась Анни, что еще не все услышала. Событие дня так захватило девчонку, что она даже забыла о своей основной заботе — обучении глупой чужачки нелегкому искусству соблазнения! — Ты тут того… отдыхай!

И ускакала, забрав поднос.

Снизу изредка доносились голоса и шум, а потом и вовсе все стихло — ильхи разошлись.

Умывшись, я покосилась на меч, делящий кровать, и забралась на свою половину.

Надо будет извиниться, решила я. В конце концов, не мое это дело, как правит Дьярвеншилом местный риар, я в этом ничего не понимаю. И зря так налетела… надеюсь, меня не отправят на корм рыбам этой же ночью.

Нервно усмехнувшись, я забралась под одеяло, накрылась шкурами. Спать я уже привыкла в нижнем платье, с головой укутавшись в покрывала. И все равно к утру замерзала так, что стучали зубы, а мысль о том, что надо покинуть более-менее теплую берлогу вызывала приступы ужаса.

Но, может, сегодня и вовсе не стоит раздеваться? А то если вернется Краст и решит выкинуть меня в море, то в платье теплее…

Веселя себя глупыми мыслями, я свернулась клубочком, чутко прислушиваясь к шагам на лестнице. Но толстые каменные стены не пропускали ни звука.

И я не заметила, как уснула."

"…Мне снова снился кошмар и черный хёгг, заглядывающий в лицо. Наверное, я вскрикнула. Потому что очнулась от своих же всхлипов. Вот только на этот раз моя голова оказалась прижата к твердому плечу, а над виском слышалось дыхание.

Но почему он меня обнимает? Тоже неосознанно? Ну не мог же он утешать меня, находясь в рассудке, верно? Тем более после всего, что случилось на склоне!

Значит, надо медленно отодвинуться, пока Краст не проснулся.