Драконье серебро

И снова послышалось тихое: «Не отпущу…» Неужели не почудилось? Не приснилось?

— Мне хочется тебя съесть, нежная лирин, — усмехнулся он и прикусил кожу на моем плече. Лизнул, пробуждая только утихнувший жар. И отголосок страха. На миг мелькнула перед внутренним взором оскаленная пасть дракона, полыхнули черной бездной глаза…

— Что случилось? — Краст нахмурился, уловив перемену в моем настроении.

Схватила огромную глиняную кружку, сделала жадный глоток.

— Я всего лишь чуть не умерла от жажды, — улыбнулась в ответ, а ильх расслабился.

— Я не позволил бы, — он погладил мою спину, но потом все же оторвался от меня с сожалением. Взял со стола кусок жареной оленины, закинул в рот. Я фыркнула, аккуратно облизывая ложку с кашей. Манеры Краста тоже оставляли желать лучшего, но почему-то это совсем не раздражало, скорее веселило. Сегодня утром меня вообще все радовало и тянуло глупо улыбаться.

Позавтракав, риар велел одеваться — и быстро, пока он не передумал и не плюнул на прогулку, которую решил мне устроить.

Так что в платье я влезла мигом, подумав, что не выдержу еще один любовный забег. Все-таки ильх куда сильнее и выносливее меня. Это понимал и сам Краст, потому и вздыхал огорченно.

— Нежная лирин, — поддразнил он. — Я бы тебя месяц из кровати не выпустил. Идем, — затянул на мне веревки шубки, надел шапку и всунул мои ладони в варежки. И даже платье поправил, убедившись, что под ним теплые шерстяные штаны. Я только моргала ошалело, рассматривая улыбающегося риара.

Фыркнув на мой взгляд, Краст вытащил меня из башни.

Вчерашней непогоды как не бывало, за стенами башни светило солнце, отражаясь искрами от заснеженного города. И даже ветер утих, словно и он не желал портить этот день ледяными объятиями. Риар оказался прав — улицы Дьярвеншила словно вымерли. Пока мы шагали до скал, навстречу попалось лишь несколько человек. И то глянули довольно в сторону риара, кивнули благодарно и торопливо кинулись прочь.

— Куда мы идем? — спросила я, поднимаясь по выбитым в скале ступеням.

Где-то в стороне остался дом Рэма, мы поднялись на скалистую площадку, откуда Дьярвеншил просматривался как на ладони.

Краст остановился возле гладкого бока горы, глянул через плечо. В черной распахнутой шубе, улыбающийся, со снежинками, путающимися в коротких волосах, ильх был неотразим. Мой бронзовый бог — танцующий, целующий, любящий до стонов…

Мотнула головой, запрещая себе думать о том, что будет после. Есть только сейчас.