Как бы я ни была всей душой привязана к дяде, позволить ему безнаказанно творить преступления я не смогу. Особенно после того, что прочитала в книге жреца Унлика.
— Хорошо, — я встретила испытующий взгляд Альтена и не дрогнула. — Я освобожу вас от клятвы, если станет ясно, что мой дядя, Дааль из рода Хэг, вернётся к старому."
"Зелёный дракон молча обнял меня, и я закрыла глаза, слыша, как поёт наша связующая нить. В этой песне не было тоскливых нот, как в мелодии, звучавшей на берегу моря. Нет, моя нить обещала нам с Альтеном только долгие годы счастья в браке.
Когда всё плохое сгинет, а я найду родителей и верну их домой.
— Моё светлое счастье, — я отстранилась и задумчиво посмотрела на Альтена, — а ваш отец… Он знает обо мне?
Лицо Альтена помрачнело — так на ясное летнее небо набегают тучи.
— Он был в ярости из-за Тимнии, и я не успел сказать о вас, Кэр. Не бойтесь, я улажу всё это. Давайте пока разберёмся с письмами, согласны?
Мы взялись за перья, чернильницы и пергаменты, которые нам молча предоставил Замок-Артефакт.
Выводя закорючки секретного языка на листе, я писала дяде письмо, убеждая его вернуться, поговорить со мной и с Альтеном. Объяснить, что происходит. В то же время мой целитель быстро набросал и отправил послание Дейр-Тилену. Пергамент вспыхнул и осыпался пеплом, а я всё возилась со своим, думая, что ещё сказать, какие подобрать слова.
— Мой благородный дед не отвечает, — Альтен осмотрел мастерскую, поочередно задержавшись взглядом на каждой из картин. — Что ж, подождём.
Видения не появляются по заказу. А пока что могу я рассчитывать на гостеприимство Замка-Артефакта?
Наконец, мне удалось дописать и отправить письмо. Я отодвинула чернильницу, думая о том, что надо бы попросить Альтена об избавлении от постоянной головной боли, когда Замок, помедлив, ответил ему:
— Можешь.
Часы на башне пробили семь, и солнечный свет за окном потускнел.
Глава 14
Ответов мы не дождались. Даже утром следующего дня.
Дед Альтена порой мог отозваться не сразу, а подождав видений, как объяснил зелёный дракон.
А вот с моим дядей было сложнее: он всегда отвечал на письма сразу или в течение двух часов.
— Надеюсь, он жив, — прошептала я, обнимая Альтена, чьи прикосновения лечили мою боль и уменьшали тревогу. — Знаете… Когда мне снились кошмары в детстве, когда я просыпалась в слезах… дядя всегда был рядом со мной. Он держал меня за руку, рассказывал всякие занятные истории, утешал, как мог. Не уходил, пока я не засну.
