Аккуратно, тряпкой, промыла рану под волосами надо лбом. Намазала края мазью и забинтовала голову. И занялась рукой. Та уже опухла в локте. Ох, вот тут я совсем не мастер, как бы он после моего лечения калекой не остался. Знаю только, что суставы выше и ниже повреждения обычно стараются зафиксировать неподвижно, что руку надо согнуть в локте под прямым углом и что лучше, если пальцы полусогнуты. Сейчас накапаю бедняге в рот отвар крапивы и начну мастерить лубок.
Спасло нас обоих то, что парень очнулся. А то бы я намотала…
Застонал, распахнул глаза — и попытался дёрнуться прочь от нависшей над ним меня.
Что, такая страшная? Попытка закончилась воплем. Ну, ясно, больно же! Пока был в отключке, ничего не чувствовал, а тут разом заныли и рука, и нога, и голова, и всё, что между ними…
— Где… я?..
— Ты под обвал попал, я тебя откопала и к себе приволокла.
— К себе? — попытался повернуть голову и застонал снова.
— Убежище у меня тут. Слушай, ты весь битый и ломаный. Пока снова не отключился, скажи, для чего твоя мазь и знаешь ли ты, как фиксировать переломы?
Ну да, нас тут только двое.
Больше спросить некого. А раз руки и ноги его, пусть сам и решает, что с ними делать.
— Что сломано?
— А ты не чувствуешь?
— Нет. — В первый раз улыбнулся, светло, белозубо: — Всё болит. Да, мазь от ссадин и порезов.
— Тогда слушай. На рёбрах синяки со ссадинами. Может, что-то и сломано, не знаю. Я их туго забинтовала.
— Ага, теперь понятно, почему дышать не могу. Но сделала правильно.
Что ещё?
— По темечку тебя камнем приложило. Кожу рассекло, ты весь в крови был. Я промыла, края раны твоей мазью смазала, забинтовала.
— Пойдёт. Ещё?
— Ещё рука и нога. Как сапог снять — не знаю. Нога опухла. И локоть тоже.
— Сапог жалко… другого нету.
Тоже, что ль, заблудился в этих дивных местах? Спрошу позже.
— Знаешь, попробуй стянуть, я потерплю, — продолжил парень.
Сомневаюсь я что-то…
— Скажи сначала, что с твоей рукой делать?
— А что с ней? Подожди, сейчас посмотрю, — напрягся, пытаясь приподняться и дотянуться здоровой конечностью до больной.
— Погоди, сейчас поддержу тебя за плечи, — чуть-чуть запоздало сообразила я.
Если он в целительстве разбирается, это хорошо. Одним калекой в перспективе меньше.
Я смотрела, как он, прикрыв глаза, легко водит кончиками пальцев по исцарапанной коже. Будто видит пальцами.
— Лучевую кость сломал. Но это быстро срастётся. — Повернул голову ко мне: — Ты лубок мастерила? Правильно.
