Мне надо срочно отойти по делам, а как ее оставить, такую куклу?
Ее же точно какой-нибудь книжный червь увидит и проглотит! Как тот песочный чудик из Дюны…
Надо было ее хоть каким-то словам правильным выучить.
Типа: “Я — собственность Бурова, отойдите на три метра, если желаете сохранить ваши яйца в целости”.
Или типа того…
— Бур! — голос Витали звучит над ухом настолько неожиданно, что я чуть ли не подпрыгиваю и по давней привычке лапаю несуществующий ствол, — я до последнего не верил… Что на тебя нашло? А это кто?
Последняя фраза означает, что мой агент замечает притащенную на конференцию бомбу замедленного действия.
Я обреченно разворачиваюсь, так же обреченно наблюдаю, что глаза Витали вообще не на моей роже, а на длинных, голых ножках Драконяши, не помещающихся за столом. Бля, где были мои мозги???
— Это… Э-э-э… — тут я понимаю, что ее имя благополучно из башки выветрилось, а потому торможу и злобно смотрю на Виталю, таращащегося на Драконяшу, словно жирдяй на ведро бигмаков.
— Валентина, — Драконяша встает, протягивает застывшему Витале ладошку, и тот, счастливо выдохнув, тут же принимается ее смачно вылизывать, маскируя это дело под галантный поцелуй.
— Очень… Просто очень приятно… — рокочет он тембром престарелого пикапера, — такая красота… Что вы здесь делаете?
— Работает, бля, — от вида пускающего слюни Витали я резко прихожу в себя и рычу раздраженно, вырывая ладонь Драконяши из цепких лап, — хватит ее обсасывать.
— Работаете? — Виталя оглядывается, не понимая, кем тут может работать девушка с такими данными.
Суперкаров, облитых брюликами, не стоит рядом, яхт за лямы баксов — тоже…
Только книги и задроты книжные самых разных мастей.
— Да, — я оттесняю придурка в сторону, перекрывая доступ к телу растерянно улыбающейся Драконяши, — секретарь мой. Пошли, разговор есть.
— Секретарь? — безмерно удивляется Виталя, прекрасно знающий меня и мою нелюбовь к человечеству, — у тебя?
— Да, — еще больше раздражаюсь я, — пошли, я сказал.
— А… Валентина? — Виталя с места вообще не трогается. И на меня не смотрит. Только на нее. Голодный, похотливый скунс!
— Она тут посидит. У нее своя работа.
— А может, с нами?
— Нет.
— Но как же…
— Виталя, — окончательно выхожу я из себя, — пошли. А то свалю, нахуй, отсюда!
— Как это, свалишь? Тебе еще на вопросы журналистов отвечать! — тут же выходит из похотливого транса Виталя и цепко хватает меня за локоть.
