«Неужто песчаные напали на горных? Или горные устроили ловушку песчаным? Или там какой-то бунт?
Ловушки и предательства вообще под силу драконам?»
Листик понятия не имел, что переполошило обитателей и гостей дворца, но вот они кругом, повсюду, на дворе позднее утро, и надо как-то добраться до Рябинки раньше них.
Листик развернулся к скале и снова полез наверх.
– У меня получится, Ласточка, – прошептал он. – Я залезу на вершину, найду путь во дворец и отыщу там Рябинку и остальных, выведу их на волю. Это совершенно разумный план, и он сработает.
Прошло несколько минут, а он так никуда и не добрался. Плечи горели от боли, и взбираться на гору при свете дня оказалось куда страшнее, чем ночью. Драконы были повсюду, и, хотя все они в панике удирали прочь из дворца, казалось, что вот-вот один из них да закричит: «А-А-А, ЭТО КАКАЯ-ТО КАТАСТРОФА, ВСЕ ПРОПА … о-о, что-то перекусить захотелось», – и закинет Листика себе в пасть.
Не успел он так подумать, как мимо пронесся дракон, да так близко, что Листик ощутил исходящий от медного цвета чешуи огненный жар.
Через секунду снова захлопали крылья, и он прижался к скале. Мимо пролетел второй дракон; Листик моргнул, потом ещё раз, а драконы тем временем скрылись за вершиной скалы.
Второй дракон был синий.
«Синий! Ты это видела? – обратился он к воображаемой сестре. – Может, это был морской? Морские на других нападают? Это из-за них все так переполошились?
А морского заколоть не проще, чем горного?»
Листик зажмурился от порыва ветра, когда мимо пролетел третий дракон.
«Продолжай, – шепнула Ласточка. – Осталось-то четыре тысячи раз передвинуть ножками-ручками».
Листик добрался до очередного выступа, но в этот момент последний дракон заложил неспешный вираж и понесся назад.
Смотрел он на Листика.
Летел прямо на него.
Так Листик снова оказался в когтях дракона.
Глава 21
Лиана– Да, я его помню. – Глыба вертел сапфир в руках. Камень был такой большой, что просто не верилось.
У неё за спиной на лавке сидели Фиалка и Нарцисса. Завернувшись в серые одеяла грубого плетения, они все еще дрожали после долгой прогулки под дождём до города.
Азалия не хотела отдавать им сапфир, но Наперстянка с Сосной убедили её, что нужно сперва показать самоцвет Глыбе, убедиться, правда ли это часть драконьего сокровища, а уже потом решить, как быть дальше.
Наперстянка стояла у двери, скрестив на груди руки и нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
– Вереску этот камень никогда не нравился, – сказал Глыба и отдал сапфир Лиане.
