— Старушка мечтала повесить твой портрет в своей спальне.
— МА-А-АМ! — Басок Джейка разлетелся по кухне.
— Ну а что такого? — встряла в разговор Мэдди. — Пожилых женщин тоже надо радовать.
— Полностью согласна, — хмыкнула мама Эванс. — Но мне этот календарь нужен был на память, поэтому пусть мисс Рейнальдс дожидается допечатки.
— Надо все отменить! — Джейк потер глаза.
— Веди меня к себе в комнату. — Мэдди стукнула его плечом.
Комната Джейка оказалась ровно такой, какой она ее представляла. Серые простыни на огромной деревянной постели.
Дубовые балки на потолке. Идеально чистый стол (и лишь вещи в углу говорили о некоторой небрежности).
Джейк кинул рюкзак на пол и отодвинул для Мэдди стул.
— Замашки джентльмена? — Она приподняла идеальную бровь.
— Это лишь начало.
— Сильно не старайся, ничего не выйдет.
Они остались вдвоем. Дверь была заперта. Звуки песен Тейлор Свифт остались внизу, зато частота дыхания натягивала невидимую струну между ними.
— Мэдс, — прошептал Джейк и сделал шаг вперед.
— Не надо, Эванс.
— Она сделала шаг назад.
Поцелуй. Желание, словно извержение вулкана, взрывало внутренности, переходя в потребность. Но поцелуя не получилось.
В комнату без стука влетела Фунти. Глаза девочки были широко раскрыты, лицо искажал испуг.
— Мама! — крикнула она.
У Джейкоба перед глазами все расплылось. Он молнией сбежал вниз и увидел маму на полу с окровавленной правой рукой. Кровь была повсюду.
— Джейки, — слабо улыбнулась мама Эванс. — Рука соскользнула. Кажется, я вену порезала. Хотела вам торт отнести…
— Надо перевязать и отвезти ее в травмпункт, — прозвучал уверенный голос Мэдди.
Джейка спас этот голос. За ним хотелось следовать — столько в нем было силы.
Фунти прибежала с аптечкой. Джейк кое-как перевязал огромный порез и, подняв маму на руки, понес в машину. Замялся перед водительской дверью.
— Мэдс! — позвал он.
— Все будет хорошо, — заверила девушка. — Ни о чем не думай.
Он сел в машину и повез маму в больницу.
Все прошло быстро: доктор Браун была давней подругой мамы Эванс и позаботилась о ней.
Ей наложили четыре шва и отправили домой.
Они ехали в машине молча. Двигатель гудел. Снег валил, и снежинки разбивались о лобовое стекло.
— Мы с тобой теперь оба перевязанные, — пошутила мама. Ее глаза грустно поблескивали. — Прости, Джейки. Испортила тебе свидание.
— Мы должны были делать записи для лабораторной. — Джейк махнул рукой. — Ты ничего не испортила. — В его голосе слышалось раздражение. — И никогда так не говори, мам.
