Он, как хамелеон, подстраивался под обстоятельства и точно знал, кому и что сказать. Логан и Астер часто шутили, что это его суперсила. Ведь даже строгий директор Алтиора — мистер Беннет — обожал Эванса, несмотря на все его шалости. Общительный, искренний, он не мог объяснить друзьям, что ничего сверхъестественного не делает. Просто вот такой он. Тут Астер скривил бы губы и добавил: «Такой он… гребаный обаяшка». И это тоже было правдой. Несмотря на высокий рост и крепкое телосложение, Джейк казался добрым, ручным лабрадором.
Его улыбка подкупала, и ученицы школы Алтиор города Деполе хранили снимки этой самой улыбки в скрытых папках своих телефонов. Логан был уверен, что они смотрели на них в пакостные дни, тем самым поднимая себе настроение.
Джейкоб Эванс мог найти общий язык с кем угодно… кроме Мэддисон Эванс. Нет, к счастью, их не связывало родство. Они были однофамильцами, и, сколько Джейк себя помнил, столько Мэдс его ненавидела. А ненавидела она со всей экспрессией! Ни капельки не скрывая эмоций.
День Джейка не задался, когда на химии к нему подсадили сумасшедшую Эванс.
Он смотрел на нее и не мог поверить, что девочка, которая выглядит подобным образом, имеет высшие баллы по всем предметам и является гордостью школы наравне с Логаном. У нее были длинные рыжие, ужасно непослушные волосы и зеленые, цвета свежего луга, глаза, смотревшие на Джейкоба с пренебрежением. Он настолько не привык видеть подобное во взглядах женской части школы Алтиор, что на миг лишился дара речи. Полные красные губы девушки сжались в тонкую линию.
Джейкоб вспомнил, как однажды Блэквуд сказал, что Мэдс горячая… Да-да, он обвел ее взглядом, присвистнул и сказал: «Какая горячая штучка!» Она услышала и показала ему средние пальцы. К слову, средних пальцев было три: один на правой руке, другой на левой, а третий — на футболке с кричащей надписью «На хрен патриархат». Только его ненормальному кузену Блэквуду могли нравиться столь ненормальные девушки! Сегодня же Мэдс горделиво восседала в футболке, на которой красовалось послание «Мои яичники больше твоих яиц».
В носу пирсинг, все ухо в сережках. Она была абсолютной противоположностью того, что привлекало его в девушках.
Весь день он проносил в себе эту бурю эмоций и планировал выпустить пар на тренировке. Вот только не успел. Сегодня вместо положенных двух часов тренер Майлз выделил час — и то на разминку. Сославшись на день рождения внучки, он удрал, оставив Эванса с гулко бьющимся сердцем и желанием что-нибудь сломать.
