– А вон тот парень, – совсем близко наклонился он, указывая на танцующего Гарри, зачем‑то решившего поднять Эмбер Новак, но едва не уронившего ее на паркет, – определенно танцует номер сорок два.
Кэтрин бросила взгляд на экран, где под это строчкой числилась кадриль «Со мной случился припадок», и против воли рассмеялась, прикрыв рукой рот, но тут же замаскировала смех кашлем.
– Спину прямо! Держите позвоночник!
Кэт аж сама выпрямилась.
– Черт, Кэт, Кэт. – Его дыхание коснулось ее щеки и уха. – Прикинь, тут написано: «Дженни собирает груши».
– Тише ты! – Она попыталась шлепнуть его по руке, но парень уже выхватил мышку. – Хитклифф!
– Расслабься и не мешай мне самообразовываться.
Ладно, бог с ним, подумала Кэтрин, пусть дурачится, лишь бы к ней не лез. В конце концов, если не обращать внимания, ему просто надоест. А так как время на часах подходило к восьми, то это значит, что еще немного – и она сможет отправиться домой. Всего полчаса натужного крика и отрицательных эмоций.
– Кэт! – Этот гад снова хохотнул.
– Она встретила мужика, смотри: контрданс пылко, уверенно «Я боролся за мою Дженни».
– Хитклифф, если ты не прекратишь…
– Обожди, тут финальное: «Дженни, подойди, завяжи мне галстук». Ё-моё, он все‑таки ее добился!
– А я клянусь: добьюсь, чтобы тебя депортировали!
– Тут ошибка, Кэт, – хохотнул в ответ Хитклифф.
– Какая еще ошибка?
– «Резвая Дженни» вот здесь должна стоять.
После того, как они сошлись.
Она обернулась и влепила ему затрещину.
– Ай!
– Чтобы не болтал, – прошептала Кэтрин, извинительно улыбнувшись педагогу, уже во второй раз стрельнувшей в ее сторону глазами.
Слишком уж они расшумелись.
– Дай я дальше почитаю.
Наклонившись через ее плечо, он покрутил колесико мышки вниз, а потом расхохотался едва ли не до слез. Миссис Шнайдер явно заметила.
– Что, припадок теперь у тебя? – Кэтрин развернулась к парню лицом и совершенно серьезно произнесла: – Если ты не прекратишь, я тебя выгоню. Без шуток.
Хитклифф засмеялся, затем, собрав всю сил воли, положил ладони ей на плечи и, глядя в глаза, произнес:
– Кэтрин, там танец называется «Дыра в стене».
Секунду они смотрели друг на друга, словно испытывая, чьи губы дрогнут первыми. А потом дружно прыснули. На этот раз списать все на кашель уж точно не выйдет.
– Иди отсюда, – толкнула она его ногой так, что стул на колесиках, на котором сидел парень, отъехал назад. Сама же отвернулась и стиснула зубы, чтобы не лыбиться как идиотка.
