Драмы больше нет

Я лежала в шезлонге, под неожиданно жарким сибирским солнышком, наслаждалась жаркой погодой и тишиной, а тут он. Я глянула на Илью через стекла темных очков, а он присел на шезлонг по-соседству, уставился на меня. А я аккуратно, стараясь не привлекать к своим движениям внимания, запахнула на бёдрах легкий халат. Илье улыбнулась, радуясь, что он не видит моих глаз.

– И я не думала. В смысле, что мы встретимся в доме твоих родителей. Мы давно не виделись, Илюш. Кажется, у тебя всё хорошо.

– Считаешь?

– Выглядишь ты серьёзным начальником, – посмеялась я.

"– Совсем взрослый, – повторил он за мной. – Если ты помнишь, я старше тебя на полтора года.

– Да, да, я и забыла.

Он меня разглядывал, довольно долго, потом спросил:

– Как у тебя дела?

Я сделала вид, что удивлена его вопросу.

– Всё хорошо. У меня куда меньше перемен в жизни, чем у тебя. Ты теперь в Питере.

– В Питере, – согласился он.

– Нравится?

– Хороший город. Мне там комфортнее, чем в Москве.

– Вот и замечательно.

– Настя.

– Что?

– Что ты здесь делаешь?

– Я приехала с Ромой, на переговоры, – удивилась я. – Я работаю в вашей компании переводчиком. Ты не знал?

– Понятия не имел. Наверное, это очень секретная информация.

Я почувствовала в его голосе подтекст, поправила очки на носу, затем беспечно поинтересовалась:

– Что ты имеешь в виду?

Илья тут же качнул головой.

– Ничего. Я ничего не имею в виду. Просто рад тебя видеть. И рад, что у тебя всё хорошо.

– И я рада, – отозвалась я, и тут же уточнила: – За тебя.

Он согласно кивнул.

После нашего короткого общения, у меня осталось тягостное чувство недосказанности. Я осталась лежать в шезлонге, а Илья ушёл. Я даже взглядом его не проводила, напряженно таращилась на рябь на воде в бассейне.

– Ты знал, что Илья приедет? – спросила я Федотова чуть позже. Рома отвел глаза от экрана ноутбука, на меня посмотрел. Плечом дернул.

– Нет, его визит был необязательным. Но, я думаю, он больше к родителям приехал.

– Из-за своей девушки?

– Ну да.

В ответ на это замечание я промолчала, зато у меня вырвался вздох. Федотов не мог на него не отреагировать, тут же на меня уставился.

– Что не так? – спросил он.

Я глянула непонимающе.

– Что? Всё так.

– Ты, душа моя, кажется, вздумала страдать, – проговорил он с усмешкой.

Я решила в игры с ним не играть. Играть Федотов не любил, сразу рубил с плеча.

– Я не страдаю, – сказала я ему, обернувшись. – Я ей завидую.