Древние

И чертовски быстрым: моментально сориентировавшись в ситуации, он уронил бесполезную сейчас алебарду и почти успел выхватить из ножен короткий меч. Но всё же в скорости он не мог соперничать с новым телом Стрижа.

Успев перехватить руку стражника, Лёха воткнул кинжал ему в глаз. Выхватил меч из руки покойника и припустил по коридору, легко увернувшись от слабой руки умирающего, пытавшегося ухватить беглеца за ногу.

— Сделай мне лицо Гарма! — на бегу приказал он Белочке.

Будь у Стрижа время, он непременно бы удивился покладистости «квартиранта» — демон беспрекословно выполнял все его требования.

Взбежав по лестнице, он нос к носу столкнулся со стражником, за спиной которого стоял маг.

При виде расхистанного, босого, залитого кровью графа воин растерянно замер, подарив Лёхе бесценные мгновения. Стриж, понадеявшись, что его веса хватит, на полной скорости врезался в стражника, толкая на мага. Оба Змея врезались в дверь темницы, прямо в охранное плетение.

Стриж упал на ступеньки и закрыл голову руками.

Яркая вспышка вызвала невольные ассоциации с имитацией ядерного взрыва. Осторожно приподнявшись, он увидел, что от мага, принявшего на себя основной удар, остались лишь тлеющие обрывки одежды да обугленные куски мяса и костей.

Стражнику просто оторвало голову. Его тело упало на колени и медленно завалилось набок, но крови не было — обрубок шеи словно чем-то прижгли.

Перешагнув через труп, Лёха аккуратно, мечом, толкнул дверь, приоткрывшуюся от удара двух тел.

Лёха прикинул расстояние — далековато, метров пять, одним прыжком не достать. Да и покойный стражник уже поднял тревогу. Так что криком больше, криком меньше — роли это не играет.

Развернувшись, он побежал по коридору к лестнице на второй этаж. Через секунду по ушам резанул полный ужаса женский вопль.

От выхода послышались тревожные голоса и лязг оружия.

Выматерившись, Стриж прибавил скорости. На втором этаже на окнах не было решёток — можно выпрыгнуть во двор без риска переломать ноги. В какой-то момент его накрыло ощущение дежавю: снова дом Змеев, и снова он убегает на верхние этажи.

На лестничной площадке он врезался в слугу, протирающего пыль с картин. Прежде чем тот успел раскрыть рот, Стриж оглушил его эфесом меча.