Древние

Громадный жеребец послушно выполнял все команды, даже не делая попытки сбросить всадницу.

Вокруг манежа торчало несколько любопытных бездельников, среди которых был и Робин. Рыжий пройдоха грыз яблоко, с завистью глядя на девушку. Похоже, все его попытки приручить жеребца потерпели фиаско и теперь ему оставалось только вздыхать об упущенной возможности заполучить великолепного скакуна.

Когда Стриж подошёл к манежу, рыжий развязно подмигнул ему и сказал, показывая на Мию:

— Умеет она оседлать жеребца.

Двусмысленная шутка была понятна всем, но слуги не торопились смеяться.

Странные полуухие, неожиданно приближенные юной графиней, ещё не вписались в местную негласную иерархию, потому челядь не знала, как вести себя с ними. Мало ли, вдруг они окажутся спесивыми скотами и рискнувший захохотать подавится розгами? Это рыжему Робину плевать — он под покровительством Дарана, а простой человек такой защиты не имеет.

— Я смотрю ты и сам к жеребцам неровно дышишь, — столь же двусмысленно ухмыльнулся Лёха.

Вопреки ожиданиям, Робин не оскорбился и не полез в драку, а расхохотался. Смех подхватили и слуги, ясно показывая, что рыжего пройдоху тут держали за своего.

Миа, увидев Стрижа, легко спрыгнула наземь и передала поводья подбежавшему конюху. Конь, на удивление, послушно пошёл за человеком, хотя ещё недавно готов был затоптать любого, вошедшего в денник.

— Как ты его приручила? — обалдело хлопая глазами, поинтересовался Лёха.

— Лаской, — улыбнулась эльфийка, провожая могучего зверя полным обожания взглядом.

 — И терпением. Не в первый раз же…

Вспомнив её рассказы о родной планете, Стриж понятливо кивнул. Наверное, после той живности, с которой Мие приходилось иметь дело дома, Ветерок казался безобидным малышом.

— Почему ты сразу не сказала с кем хочешь попрощаться? — с нотками недовольства спросил он.

— Рожа у тебя была уж больно довольная. Вивьен могла решить, что ты настолько счастлив видеть её, — весело подмигнула эльфийка и поцеловала его, не обращая внимания на зрителей.

— А тебе есть дело до того, что она подумает? — изумился Лёха, игнорируя удивлённые и завистливые взгляды.

— Только в той части, где она думает о тебе, — тихо шепнула ему на ухо эльфийка.

Слуги беззастенчиво пялились на целующихся телохранителей графини. Робин догрыз яблоко, швырнул огрызком в голубя, клюющего просыпанный овёс, и подошёл к пустотникам.

— Робин, а ты ставишь? — окликнул его кто-то из слуг.

— Нет! — угрюмо отозвался рыжий.