Но от желания ехать с ними ещё не отказался я.
И вечером крутился в кровати как грешник на сковородке, не зная, как сказать Янке правду про Дину. Вздыхал, переключал, не глядя, телевизор, воевал с подушками, пока она сосредоточенно рисовала.
Я покосился в её блокнот. И невольно залюбовался как точно, быстро, грамотно выводила она линии, как трогательно размазывала мягкий карандаш мизинцем.
– Я знаю, знаю, что для этого есть фото, видео, интернет, – не отрываясь от рисунка, сказала она. Колодец со скелетом на дне, якобы упившегося в хлам посетителя, что она рисовала, был местной легендой и достопримечательностью Ципфер БирХауса.
– У меня и в мыслях не было, – усиленно закачал головой я.
– А хочешь я угадаю, что было?
Нет! Взмолился я. Но, когда она отложила блокнот и обняла меня за шею, подтягивая к себе, резко поменял своё мнение. Да! Об этом (а она же сейчас о сексе?) я думал даже больше.
– Ты думаешь я забитая, глупая, наивная и ничего не понимаю?
– Ты о чём? – скорее уже ничего не понимал я.
– Ты боишься оставить меня с этой Диной одну, потому что она мне про тебя всё разболтает? Зря. Я и так всё вижу. Как она на тебя смотрит. Как всё время к тебе прижимается. И прекрасно понимаю, что ты с ней спал, – буравили меня её глаза.
– Это было до тебя, Ян, – выдохнул я.
– И это я тоже понимаю, – заскользила по моему голому плечу её рука.
И я подмял её под себя, больше ничего не желая слушать.
– Всё, что со мной было, было до тебя, – срывал я с неё одежду, осыпая поцелуями лицо, шею, грудь.
И спускаясь всё ниже и ниже. – Уже можно?
– Да, – напряглась она и резко выдохнула, когда я добрался до живота. – Только, пожалуйста, не спи с ней больше. Не спи ни с кем.
– Ни за что. И никогда, – полетели на пол остатки нашей одежды. – Я люблю тебя. И хочу только тебя!
– Так выеби меня! – раздвинула она ноги.
О, да! Я чуть не задохнулся я. В жизни не слышал ничего более возбуждающего. Это не жалкое: трахни! Это выстрелило в самые яйца.
Моя! Моя жена.
Я вошёл в неё сразу, не тратя время на предварительные ласки.
Но двигался медленно, мягкими толчками, глядя в глаза. Глядя, как с каждым движением она преображалась. Как поплыл её пронзительный взгляд.
Она отвернулась. Начала тяжело дышать. Вцепилась ногтями в мою спину. Закусила губу и… откинув голову, закрыла глаза.
Выгнулась, подтягивая меня к себе. Вжалась.
«Всё для тебя, моя красавица! – всё резче и резче двигался я. – Всё ради тебя!»
– А, а! – так знакомо, отрывисто застонала она.
