Ведь он оставил столько вариантов для того, чтобы мы в это верили. Вдруг ты стрелял холостым. Или на нём был бронежилет и пакет в кровью для натуральности, – оживилась я.
– А на соседнем здании – снайпер? На случай, если я дрогну, – усмехнулся Арман. – Этому Бломбергу лучше бы с сыном нянчиться и сидеть рядом со своей принцессой, а не забивать себе голову всякими глупостями.
– Так он уже разгадал все загадки, кроме этой.
Пусть, – примиряюще погладила я его по руке, – а то пошатнёт ещё Австрийский престол. В семье его жены, я слышала, тоже столько тайн, ещё со времён Габсбургов. Не дай бог он начнёт разбираться в них. Слушай, а давай, если следующей родится девочка, поженим их с его сыном?
– А Аньку? – удивился он.
– Ей мы найдём кавалера из Виндзоров или Бурбонов, – засмеялась я.
– А если это будет мальчик? – коварно приподнял Арман бровь.
– Значит, следующую девочку. Или одну из тех, что родится после неё.
– Сколько же ты хочешь детей? – усмехнулся он.
– Всех, – обняла я его. – От тебя – всех. Надеюсь, ты на этом не собрался останавливаться?
– О! Ни за что, – легли его руки чуть ниже моей спины. – Но я хочу тебя попросить, – он тяжело вздохнул.
– Если будет мальчик, давай назовём его Андрей.
– Я и сама хотела тебя об этом попросить.
– Да, – кивнул он, хотя я ни о чём не спрашивала. – Я тоже верю. И жду. Всё ещё жду, всё ещё оглядываюсь, а вдруг мелькает в толпе его фигура, черты, взгляд… Но я обещал, что никогда не буду искать эту правду.
– Я надеюсь, мы никогда её и не узнаем. Это правду – никогда.
Но мне нравится думать, что он жив. Что он даже рядом. Например, что он… Иванов. Или…
Арман улыбнулся. Посмотрел на часы.
– Пора? – выдохнула я.
Он взял меня за руку, заглянул в глаза.
– Сегодня твой день. И где бы ни был твой отец уже неважно. Главное, что ты – здесь! – он упёрся он пальцем в свою грудь у сердца.
– А ты – здесь! – показала я на своё."
