За ним было право принять решение, ведь это касалось его семьи. И реши он, что губернатора оболгали и он заслужил прощение, ни один волосок не упал бы с его головы. Ни один звук не просочился бы в СМИ без его ведома. Но он вынес свой вердикт.
И едва он кивнул, вошли «люди в чёрном» с автоматами и красноречивыми надписями на фирменной одежде «ПОЛИЦИЯ».
– Ты же не могла не влипнуть, правда? – помог подняться Татьяне Владимировне широкоплечий мужик с таким волевым лицом, что один раз увидишь и не забудешь. И я не забыл, хоть фамилия у него и была самая незаметная.
– Она моя дочь! – гордо дёрнула головой Воскресенская, но неожиданно смутилась, когда слишком порывисто для бывшего мужа он её обнял, а она скривилась: рёбра! Отстранилась и повернулась к Янке: – В общем, познакомься, это – майор Иванов.
Зверёк улыбнулась:
– Да я уж поняла.
– И это рисовала не Янка? – вручил я Воскресенской провокационный рисунок.
– Один из твоих юных дарований в «Галерее», – рвала она его, не глядя, на мелкие клочки, пока майор качал головой.
– Что? – спросила Татьяна Владимировна у него с вызовом.
– Ничего, – вздохнул он и поднял её на руки.
– Иванов, а напомни мне почему мы развелись? – обняла она его за шею.
– Потому что ты сука, Таня, – усмехнулся он.
– Кстати… – вдруг замерла она. – Спасибо, что напомнил! Арман, – заставила майора развернуться с ней на руках, – вы больше не женаты. Ваш брак всё же признали фиктивным.
– Нет! – выпалили мы с Янкой хором.
– Да, – хмыкнула она и, когда майор понёс её дальше, крикнула: – Я очень надеюсь, что теперь ты мужа себе найдёшь получше?
– Ни за что! – обняла меня мой Зверёк.
– А мне кажется, это прекрасный повод подумать, – коварно улыбнулся я.
– Он имел в виду: и начать всё с чистого листа, – испуганно подсказал Валентиныч, когда Зверёк подозрительно прищурилась:
– Это ты что сейчас хотел сказать? Что будешь думать?
– Уже и пошутить нельзя, – скорчил я этой подозрительной ревнивице рожицу."
"– Зато устроите подобающую свадьбу, – прожужжал своим моторчиком князь Романов, уезжая.
– Ох, легко тебе не будет, – ещё коварнее, чем я, улыбнулась моя девочка и подставила плечо… Теодору.
– А когда мне было легко? – только и осталось мне развести руками.
В открытую дверь были видны мигалки машин «Скорой помощи». А мне, как всегда, поспешил на выручку Валентиныч.
– Внучка говоришь? – похлопал я его по спине, хромая. На самом деле у Валентиныча был внук, а это было кодовое слово, что князь знает, где нас искать.
