И с себя тоже пыталась столкнуть.
Но куда там этой субтильной девочке. С острыми грудками торчком. С нежным пушком волос по всему телу. С аккуратным втянутым пупочком. С цыплячьими рёбрышками, проступающими сквозь тонкую кожу. Всё это к её силе, конечно, не имело никакого отношения. Всё это мне просто понравилось. А ещё как она выдохнула моё имя.
Я приподнялся на локтях. Рукой развернул её заплаканное лицо. Посмотрел на припухшие от слёз губы. И… не поцеловал.
Нет, я никого не целовал. После жены – никого.
– Душ за этой дверью, – показал я рукой, когда встал.
Поднял брошенный на пол халат. С каким-то даже маниакальным удовольствием скользнул взглядом по кровавому пятну на простыни. И пошёл в другую ванную.
Долго стоял под горячей водой. Честно говоря, надеялся, что она уйдёт.
Но когда вернулся, она всё ещё сидела в ванной.
– Эй, у тебя всё в порядке, – постучал я в дверь.
Она открыла неожиданно быстро.
– Я не знаю, – виновато показала она на окровавленное полотенце. – Кровь течёт и течёт.
– Ох ты ж чёрт, – присел я. Её бёдра были все в крови.
Нет, ни о какой неотложке, конечно, не могло быть и речи. Блядь, я даже позвонить по такому деликатному делу никому не могу.
– Так, знаешь, что, давай-ка позвони сама в «911», – я встал. – Где твой телефон?
– Я не взяла, – глянула она на меня. – И скорую не надо.
– Да хоть спроси у них это нормально или нет, – я вышел из ванной и вернулся со своим телефоном. – На, набирай с моего.
– Нет, – снова покачала она головой. – Вы человек известный, с вашего нельзя.
Вот дурёха! У самой кровища по ногам течёт, а она обо мне переживает.
– И что будем делать?
– У вас есть прокладки?
– Что? – скривился я. – Откуда, блядь, у меня прокладки?
– Мало ли, – пожала она плечиками. – Ну хоть что-то. Бинт, марля, вата?
– И надолго тебе его хватит? Бинта.
– Ну раньше же как-то пользовались. Мне бабаня, – она запнулась, – бабушка рассказывала.
Сука! И смех, и грех. Я рылся в аптечке, уже не надеясь что-то найти, кроме лейкопластыря.
Может, предложить заклеить? Как вдруг вспомнил, что в кладовке моя домработница кажется что-то такое хранила.
И нашёл! Женские прокладки.
Девчонка ещё долго возилась, пока я сидел в гостиной. Но вышла довольно бойко.
Я с облегчением закрыл за ней дверь. Налил себе выпить.
По дороге заглянул, что она там делала. И как-то защемило: в ванной висели чисто выстиранные полотенце и простынь.
«Дурёха! – проглотил я комок, подступивший к горлу, и виски одним глотком.
