А в результате я в каком-то сарае, мой телефон в какой-то канаве на трассе, никто не знает где я, и все мои люди там.
И не успел я об этом подумать, как дверь скрипнула и, хрен сотрёшь, нарисовался тот, кто мне свой долгострой якобы и пытался продать, и в ком я уже ни на секунду не сомневался.
– Очнулся? – расплылся в улыбке губернатор.
– Валерий Иванович?! Вы ли это? – вскинул я голову.
– Ну вот, узнал, богатым не буду, – кисло улыбнулся он и опёрся бедром о грубый деревянный стол, стоящий ближе к левой стене этого большого помещения, прямо передо мной.
– Хотя нет, буду, – махнул он рукой, грёбаный клоун, и даже довольно рассмеялся. – Ведь именно затем ты здесь. Не сильно приложили головой?
– Плохо старались, – осмотрелся я демонстративно. – Для меня одного не великовата сараюшка? Или мы ещё кого-то ждём?
– А то! – хмыкнул он. – С тобой, конечно, пришлось повозиться, – он посмотрел на костяшки пальцев. Да помню, сыкло, что врезать-то ты мне врезал, вот только дождался, когда я он вашего «коктейля» уже поплыл.
– Здоров ты, брат! Но тебя доставили. А вот дамы, надеюсь, приедут сами.
– О, с нами будут дамы, а я не при параде, – попытался подняться я. Перед этой падлой, хоть полудохлый, а я предпочёл бы стоять. – В пыли. С сеном в волосах.
Только ноги ещё не слушались, хотя колени согнуть получилось.
– Шути, шути, недолго тебе осталось. Даже эту пыль и ту топтать.
– У меня, Валера, иммунитет. Прививка от смерти. Меня нельзя убивать.
– С господом богом договорился? – усмехнулся он и сел на массивный деревянный стул.
С подлокотниками и подушкой под спину. Прямо, мечта лесоруба. – А на твои картины и договора с Романовым мне насрать.
– Уф, прямо камень с плеч, – выдохнул я. – А то я до последнего сомневался: ты ли та гнида, что сироту с бабкой обокрала, а теперь и тени моей боишься. Да что там моей, даже своей. Не тошно на себя в зеркало смотреть?
– Заткнись! – подскочил этот охуевший от безнаказанности гад.
Но то, что он так быстро завёлся – хороший знак. Дёргается. Руки туда-сюда, не знает куда деть.
Боится, сука! Ещё как боится.
– Пфф, какой ты скучный, Валера. Стол пустой. Ну ладно ни выпить, ни закусить перед смертью, но как же не поговорить? Сразу «заткнись».
Он подскочил вроде как ударить. Но я же не детдомовская девочка шестнадцати лет, которую он, сука, изнасиловал и избил со злости. Я же могу и сдачи дать, даже со связанными руками.
И он попрыгал как блоха, типа даже рукава подтянул – врезать, но кишка тонка, и жопу свою прижал.
