– В общем, ни о какой экстренной контрацепции для тебя не может идти речи, после таких доз одних гормонов вводить другие бесполезно и очень опасно, останешься инвалидом. Тем более секс был вчера, а у тебя овуляция. Уже всё бесполезно. Безопаснее будет сделать аборт.
Я открыла рот. Потом закрыла.
– Он спросил меня про таблетки. А я… я даже не поняла про какие. И сказала, что пью. Я ведь пила.
– Да, ты пила. Только не те. И, кстати, о профилактике. Раз ты не уверена на счёт презерватива, надо сделать.
– Я уверена.
Если его не было, то беспокоиться точно не о чем. Он бы не стал так рисковать.
– Я бы на твоём месте на это не уповала. В полицию пойдёшь?
– Нет, – уверенно покачала я головой. – Я сама согласилась.
– Тогда давай ещё раз на кресло, обработаю и лекарства выпишу.
– Нет, – испугалась я. – Я больше не буду пить никаких таблеток.
Она вздохнула, посмотрела на меня внимательно, протянула визитку.
– Тогда обязательно звони, если что, – встала, сложив руки на груди, подошла к окну.
– Она тебе точно мать?
– Не знаю. Мы двадцать лет не виделись. Меня растила бабушка, – убрав визитку в карман, я тоже подошла к окну.
И в ужасе икнула. У машины стояла Татьяна Владимировна, а рядом с ней… Чекаев.
Глава 8. Арман
– Арман Эмильевич, здравствуйте!
Стройная темноволосая красивая женщина процокала каблучками по ступеням крыльца и остановилась напротив меня.
– Простите, мы знакомы? – приподнял я одну бровь, но где-то там, в глубине души уже знал: да.
– Татьяна Владимировна Воскресенская, – протянула она руку.
– Очень приятно, – скупо пожал я её узкую ладонь. Всё происходило почти как в дурацкой картинке, что я себе недавно нарисовал. Только разговор шёл не по телефону, а вживую. – Это же вы прислали мне вчера подарок? Сладкое, простите, не ем. Но мои сотрудники сказали, что торт вкусный. А вот с часами угадали. Спасибо! Только напрасно вы так тратились.
– Что вы, что вы, мне доставило истинное удовольствие выбирать их в Швейцарии. И это скорее символ, напоминание о том, как быстротечно время, чем ценность.
А вот девушка, что принесла вам подарки, действительно ценна и важна для меня.
Настолько важна и ценна, что ты, кукушка, вспомнила про неё только через двадцать лет?
– Дети, – улыбнулся я многозначительно. – Они так быстро растут. Понимаю.
– У вас есть дети? – делано удивилась она.
Ах, ты зубастая тварь! Натаскана, как хорошая ищейка. За словом в карман не лезет.
– Нет. Боюсь, что нет.
