Он приподнял и посадил меня на стол. А сам принялся доставать из холодильника закуски."
"– Дело не том, нравится она мне или не нравится. Я тебе объясню кое-что. У неё не получилось использовать собственную дочь в тёмную как инкубатор. Не вышло напомнить про должок Зверю – я тебя тупо не узнал. Но она так ловко решила впаять мне изнасилование в отместку за то, что я расстроил её планы, что я и сам такого не ожидал. А когда и это не прокатило, разозлилась ещё больше.
– Она сказала, что ты её припугнул и ей осталось только поджать хвост и успокоиться.
Я полезла под плёнку за виноградиной. Но он засунул мне в рот ломтик колбасы.
– Да, она получила по носу, но зря ты думаешь, что отступила. Она просто поняла, что мелкая рыбёшка против меня. Не знаю какие первоначально у неё были планы, но, уверен, зная о нашем знакомстве, она на всякий случай навязалась в адвокаты к губернатору. Потом выяснила про его склонность трахать молоденьких девочек и решила подложить под него тебя.
– И я бы поверила, что она так решила.
Но логика у тебя странная. Зачем ей это? Ведь она трахается с ним сама. Зачем, Арман?
– Конечно, чтобы стравить его и меня. Видела бы ты её лицо, когда она поняла, что и это у неё не вышло, – снимал он с тарелок с нарезкой плёнку. Достал вино. – А любвеобильный Валерик, сколько ни клялся мне, что он не знал, что у нас отношения (верю, кстати, иначе бы он меня не позвал), ведь не отказался бы от такого лакомого кусочка, как ты. Судя по стояку в штанах, которым он к тебе прижимался, ведь не отказался? Хотя изначально – гипотетически – он решил позвать меня, чтобы я взял на себя твою мать.
– Мою мать?! – закрыла я ладонью лицо, когда он отошёл за штопором. – И ты бы трахнул мою мать? Гипотетически?
– Если бы это была не Воскресенская, а, скажем, другой адвокат, – он пожал плечами на мой вопросительный взгляд и даже не смутился. – А, может, выбрал бы её дочь. И плевать мне чего там хотел от меня Валерик.
– Какие высокие взрослые отношения, – осуждающе качнула головой я.
– Да, моя девочка, – разливал он по бокалам вино. – Зато честно. И ты тоже зря ревнуешь. Мне в принципе уже давно всё равно кого трахать. Было всё равно. Пока я не встретил тебя. А ты сказала… «люблю давно» – подал он бокал.
– Я была не права, – посмотрела я на бордовую жидкость, а потом подняла на него глаза. – На самом деле… очень давно. Я с четырнадцати лет тебя люблю, дурак. Вот что я имела в виду, когда сказала «давно».
