Он не выдержал:
— Мама! Прости, но я могу его понять.
Отодвинул ее в сторону и со словами:
— Где Дина? — прошел внутрь.
Мать, возмущенно задохнувшаяся было от его слов, снова разразилась речью:
— Поехала отвезти его к своим родителям. Какой позор! Какой позор! Как он мог так поступить со мной?! И твоя жена тоже хороша! Не могла придумать что-нибудь и отказаться?!
В этот момент как раз вернулась Дина, чтобы застать финал возмущенной речи. Она ничего не сказала ни мужу, ни свекрови, сняла верхнюю одежду и молча прошла наверх.
Арсен смотрел ей вслед, и у него зародилась некая мысль. Мать еще продолжала возмущаться. В какой-то момент его терпение лопнуло, он холодно взглянул на нее и двинулся вслед за женой.
Когда Арсен вошел в спальню, Дина успела переодеться, а теперь стелила постель. Мужчина вдруг почувствовал колоссальную усталость и опустился в кресло, прикрыв глаза. События сегодняшнего дня вымотали его, он словно выгорел до тла.
Увидев, что муж затих в кресле, женщина не стала задавать вопросов, она никогда не задавала вопросов, потупилась и хотела идти в ванную.
Вдруг неожиданно для себя услышала:
— Скажи, я тебе не противен?
— Что…?
Дина остановилась и пораженно уставилась на мужа. Подобный вопрос, да еще из его уст… Арсен открыл глаза и посмотрел на нее, как ей показалось, очень странно. И вопрос был странным, за всю их супружескую жизнь ее мнения никогда не спрашивали. Но оно у нее было, мнение.
— Почему ты спрашиваешь о таком?
Мужчина обхватил лицо ладонью, сел, упершись локтями в колени, ожидая ее ответных слов.
Женщина подошла, несмело положила руку ему на плечо и сказала:
— Ты никогда не был мне противен. Я… Я люблю тебя. Ты доставляешь мне… — она покачала головой, смущаясь произносить это вслух. — Огромное счастье.
Арсен хотел что-то сказать, но она, осмелев однажды, хотела высказать все:
— Подожди, дай мне сказать. Я знаю, что ты любишь другую, догадываюсь, куда ты уезжал сегодня. Но ты вернулся ко мне. И это главное. Не важно, по какой причине.
Ты со мной — и это главное, — проговорила она тихо.
Не ожидал он этого признания от своей вечно молчащей, покорной жены, но слышать ее слова оказалось так умиротворяюще. Обнять жену показалось правильно. Они так и остались в объятиях. Тихих, дружеских. В таких объятиях проходит боль.
Потом Арсен спросил:
— С отцом все в порядке?
Дина кивнула, а после добавила:
— Ты должен поговорить с ним завтра.
Да, он много чего должен сделать. Но это будет завтра.
