Друзья или любовники? (СИ)

Да и в договоре всё будет чётко прописано — перепродать что-либо ты сможешь только членам нашей семьи, больше никому. По сути, я подарю тебе право распоряжаться деньгами и развивать мой бизнес дальше, но не отдать его кому-то ещё. А, кстати! Главный нюанс, который я не стал озвучивать публично. Обеспечивать Лилю отныне станешь тоже ты, Яр. Как и остальных, собственно. Ты будешь решать, сколько денег и на что ей давать. И лишишь её их, если она вновь тебя расстроит.

Яр не выдержал и рассмеялся.

— Ради этого всё и затевалось, как я понимаю?

— Ну почему же? — хмыкнул Аркадий Максимович.

— Хотя, не скрою, Лиле не хватает дополнительной мотивации. Она слишком рассчитывает на то, что я всегда её поддержу. А если я перекрою ей поток денег и скажу — всё, дорогая, финансами распоряжается Яр — это здорово охладит её недальновидную голову. Заставит вспомнить, что нужно уважать и ценить близких.

Корнеев тяжело вздохнул, но сказать ничего не успел — тесть махнул рукой на его место в зале:

— Садись. Сегодня, уже у меня дома, обсудим всё ещё раз.

Решил, что сделает это позже, когда у их разговора не останется свидетелей. И он точно будет тяжёлым.

Человеку, который абсолютно уверен, что всё покупается и продаётся, сложно объяснить, что это совсем даже не так.

После завершения ужина последовали танцы, от которых Корнеев отказался наотрез, хотя Лиля несколько раз пыталась его вытащить. Потанцевал только с Соней, но стоило лишь подойти жене и с милой улыбкой попытаться взять его за руку, как Яр убегал под предлогом «срочно надо в туалет».

Даже провёл там целых полчаса, искренне надеясь, что за это время Лиля бросит свою дурацкую затею и переключится на кого-нибудь другого.

И действительно — выйдя в зал, Яр обнаружил, что жена танцует с каким-то мужчиной. Пригляделся и понял, что её партнёр — один из приглашённых тестем чиновников. Человек был важный, если не сказать, очень важный, и уже немолодой, но в хорошей форме — танцевал он отлично. Не просто кружил по полу, держа в объятиях партнёршу, а вальсировал.

И улыбался Лиле, а она — улыбалась ему.

— Ревнуешь? — спросил вдруг кто-то рядом, и Яр, обернувшись, увидел поблизости тёщу. И прежде чем успел среагировать, она добавила: — Не волнуйся, Соня с дедушкой. Вон они, за столом. Через пятнадцать минут домой поедем. Повеселились — и хватит. Всё хорошо в меру.

— Согласен, — откликнулся Яр. Мгновение помолчал, но решил всё-таки не оставлять без внимания первый вопрос, пусть он и был риторическим: — Нет, не ревную.