Друзья или любовники? (СИ)

И теперь он медленно потянул подол вверх, стремясь добраться до заветного местечка…

— Жаль, что когда ты найдёшь себе нормальную девушку, нашей дружбе придёт бесславный конец, — вновь вздохнула Алина, и Яр замер на полпути к цели. — Вряд ли ты захочешь общаться в том же формате. И я не о сексе сейчас. Просто одно дело, когда вместе не спали, и совсем другое…

— Алин, — перебил девушку Корнеев, сгребая в охапку. Поцеловал, глубоко и крепко, а затем продолжил, вновь пробираясь ладонью под подол ночнушки: — Хватит сомневаться и заморачиваться.

Никто не знает, как повернётся жизнь.

— Ага, может, ты к Лиле вернёшься, — сыронизировала Пирожок, и Яр фыркнул, мысленно закатывая глаза. Вот Алина вроде бы шутила — но он слышал по её голосу, что она тем не менее беспокоится и считает подобный сценарий вполне вероятным.

— Нет уж, спасибо. Я скорее в монастырь уйду или поеду на Северный полюс с какой-нибудь географической экспедицией.

— Кого угодно. А! Ещё могу на Марс улететь в составе первой группы по освоению планеты.

Это гораздо вероятнее, чем моё возвращение к Лиле.

— Не понимаю, почему ты мне не веришь? — нахмурился Яр, наконец нащупав, что хотел. И несмотря на напряжённый разговор, Алинка раздвинула ноги, позволяя ему положить ладонь на нежный лобок, а затем и скользнуть пальцем вниз, в чуть влажную глубину узкого входа. Алина слегка вздрогнула, всхлипнув, когда Корнеев проник средним пальцем дальше, при этом большим лаская клитор, и простонала:

— Это же очевидно, Яр… Ты… любил жену… Боже-е-е…

— Как ты меня называешь, мне прям лестно, — усмехнулся Яр и поцеловал Алину, радуясь, что она откликается, сама с жадностью изучая его губы.

— Любил, насколько я помню из школьного курса русского языка — прошедшее время глагола. А в настоящем я с тобой, и хочу быть с тобой дальше. И никто мне больше не нужен. Это скорее ты себе другого мужика найдёшь, чем я — другую девушку.

— Издеваешься? — хихикнула Алина, закидывая на Яра одну ногу. — Я же тебе рассказывала, сколько раз пыталась… И облом за обломом.

А сегодня вообще!..

— Не вспоминай, не надо…

Конечно, поцелуями и ласками дело не ограничилось. Корнеев чувствовал, что Алина хочет его сама — в какой-то момент она попросту стащила с него трусы и под собственный громкий стон, обхватив ладонью напряжённый член, направила его в себя.

Как они будут предохраняться дальше, Яр у неё так и не спросил. Да ему, по правде говоря, вовсе и не хотелось это обсуждать. Отчего — он и сам не понимал.