Позволила его губам ненасытные долгие поцелуи.
Тоня тихонечко выскользнула из комнаты и плотно закрыла за собой дверь.
Глава 39. Козырь в рукаве
Глава 39. Козырь в рукаве
Тоня проснулась с головной болью. Не удивительно – полночи не спать. Мышцы ныли, будто накануне участвовала в соревнованиях по перетаскиванию мешков с картошкой по пересечённой местности. Потребовалось усилие, чтобы подняться с кровати. Но хандра моментально улетучилась, когда взглянула на прикроватную тумбочку. Там лежала миниатюра, сюжет которой прочно врезался в память: принц на белом коне, нежно прижимающий к груди возлюбленную, пробирается сквозь дремучий лес.
Подарок от Рунеты?
Антонина взяла миниатюру в руки. Ещё раз внимательно рассмотрела трогательную романтичную картинку. Так не похоже, что это рисовала грубоватая, заносчивая девушка со стальными нервами и полным отсутствием сентиментальности. Рисовала-рисовала и дождалась таки своего принца. Тоня захлебнулась от щемящего чувства, когда вспомнила вчерашнюю встречу Рунеты и Гарланда.
Как их колотило от прикосновений, от дикого головокружительного счастья видеть друг друга. Теперь они наверно уже где-то далеко отсюда, на полдороге к своему острову.
На тыльной стороне миниатюры Антонина нашла надпись от Рунеты:
Он приедет за тобой. Будет последним идиотом, если не приедет.
В глазах защипало от этого грубого искреннего пожелания. Всё-таки она сентиментальная, эта гордячка и заноза. Только не знает Рунета, что никакой принц на белом коне за Антониной не приедет. Рунета, разумеется, имела в виду профессора Брайона.
И он, Брайон, может и примчится за своей Белиндой. А вот тот, по кому рвётся сердце Тони – нет. Через четыре дня им придётся расстаться…
В постельном режиме оказалось много плюсов. Завтрак Тоне доставили прямо в комнату. А сразу после завтрака явилась целая делегация под предводительством Еремея, состоявшая кроме него из Шарлоты и Николь. Антонине, несмотря на её активное сопротивление, пришлось испытать на себе все местные чудотворные народные средства от переутомления.
Её поили отварами и чаями, растирали прохладными и тёплыми полотенцами, втирали в запястья и виски бальзамы. Да тут мёртвый бы почувствовал прилив бодрости, что уж говорить про всё-таки живую Тоню.
Когда делегация ретировалась, велев переутомлённой впасть в крепкий глубокий дневной сон, Антонина вместо бесполезного горизонтального времяпрепровождения занялась производством своих отбеливателей. Как бы то ни было, конкурс провалить не хотелось.
