Дублон капитана Флинта

 — Завтра приходите вместе с девушкой в…

— Постой! — Патрик прижал палец к губам и быстро прошептал: — Не называй время и место встречи! По-моему, вон тот человек в углу нас подслушивает!

— Что? — Степан покосился на человека в капюшоне. — Да здесь почти никто не понимает по-английски… эти чернокожие вообще никакого языка не понимают!

Тем временем мальчишка-уборщик, подметая пол, добрался до столика, за которым сидел подозрительный незнакомец. Негритенок остановился позади посетителя, ловко взмахнул рукой — и, поймав на лету крупного овода, молниеносно запустил его под опущенный капюшон незнакомца.

Тот раздраженно вскрикнул, вскочил и откинул капюшон…

Через долю секунды, отогнав овода, он снова опустил капюшон, но и Надя, и Патрик, и летчики успели разглядеть длинные, удивительно светлые волосы и бледное лицо того человека, который преследовал их от самого лагеря пиратов.

— Ты видел? — вполголоса проговорил Патрик, обращаясь к Степану. — Это белый, торговец живым товаром. Он гонится за нами от самой границы.

Он хочет продать Надю в бордель, а меня захватить в качестве заложника и получить выкуп. Надо как-то от него отделаться…

— Сделаем, — так же вполголоса ответил летчик и продолжил, как ни в чем не бывало: — Значит, договорились. Вы где остановились?

— В отеле «Амбассадор».

— Хорошо, возвращайтесь к себе в номер, я заеду за вами завтра в десять утра и привезу на аэродром.

В это время дверь чайной открылась, и в нее вошел очень колоритный персонаж.

Это был высокий темнокожий мужчина в светлых брюках и белоснежной шелковой рубашке.

На шее у него под расстегнутым воротником красовалась толстая золотая цепь, крупные золотые перстни украшали почти все пальцы, на левом запястье блестели часы, тоже, разумеется, золотые, на правом — тяжелый браслет, и, как будто этого было мало, во рту сверкал полный комплект золотых зубов. Следом за этим блестящим господином уныло плелись двое здоровенных громил — явно его телохранители.

Колоритная троица направилась к столу летчиков.

Телохранители остановились чуть позади, сам же «блестящий господин» с немалым достоинством подошел к летчикам и с большой сердечностью поздоровался с каждым из них за руку, а со Степаном даже обнялся.

— Привет, друзья! — проговорил он, вольготно откинувшись на стуле. — Как дела?

— Отлично, Сиад! — ответил за всех Степан. — Ты же знаешь, у нас всегда все отлично!

— У вас все отлично, и у меня все отлично! — радостно проговорил Сиад.