Но так и не понял, что это такое, не почувствовал ни разу. Танец - это отсчет ритма и выученные шаги и движения. Все.
А вот теперь, спустя годы, когда, кажется, Ваня напрочь про это забыл, танец в нем вдруг проснулся. Ожил. И настоятельно заявил о себе. Иван почувствовал наконец-то, что такое - внутренняя потребность выразить себя в ритме, в движении... Сдохнет просто, если это сейчас не сделает. С ней. И плевать на все. И на всех.
Она заметила его, только когда он за руку резко поднял со стула. Они оказались лицом к лицу.
Снова.
Извини, от меня пахнет коньяком. Сегодня моя очередь три по сто на голодный желудок.
У тебя идеальные туфли для танго, Дуня. Каблук - как надо. Вот мои кеды - совсем не то, что требуется, но не разуваться же теперь.
Она молчала все время, пока он не слишком деликатно тащил ее в сторону середины зала под вступительные скрипичные аккорды. Больше желающих танцевать под эту музыку не нашлось.
Когда они остановились и снова оказались лицом к лицу, Дуня, наконец, заговорила.
Точнее зашептала - испуганно, отчаянно. И взгляд у нее - загнанный, панический.Поздно, Дульсинея, поздно бояться.
- Ты с ума сошел? Что ты творишь? - шепотом.
- Я творю танго. Значит, так, - правая рука привычно легла на ее спину. И не было там других рук до него. Никогда. Танго не было - значит, не считается. - Первое - не бойся. Я не кусаюсь. Точнее... Ну, в общем, не в этот раз. Второе. Слушай меня и музыку. Доверься мне, - она едва ощутимо вздрогнула. - В последний раз. Пожалуйста.
Судя по выражению глаз, она его не слышала.
Слова пролетали мимо.
- Я не умею. Ты сумасшедший. На нас все смотрят, я... я упаду!
- Поймаю. Не в первой.
- Ваня... - это была просьба. Всхлип. Мольба.
- Ванечка, - поправил он ее. И больше говорить было не о чем. Шипы впились в кожу, когда он сжал левой рукой ее ладонь и сделал первый шаг. Она на своем первом шаге споткнулась. И судорожно вздохнула.
Так они далеко не уедут.
- Слушай меня, пожалуйста. Слушай и повторяй. Потом ты поймаешь ритм и будешь сама.
У тебя все получится. Давай. Два шага назад. Еще один назад и вбок. Два медленных, два быстрых. Все просто. Медленно-медленно, быстро-быстро.
Они описали полный круг, пока она освоилась. Привыкла к его рукам. К ритму шагов. А когда вступили виолончель и гитара, случилось чудо. Танго взяло в плен и ее тоже. И вот после этого начался Танец. Конечно, Ваня что-то подсказывал ей шепотом на ухо. Но, кажется, она знала все и так.Это было безумие. И мука.
