И вот, - достал из рюкзака права. - Я же обещал. Держи.Потому что ему немного, но стало стыдно за свое вранье. За то, что она поверила. Поэтому получи свои права, Дульсинея. В качестве компенсации.
- Ты великодушен, - она сунула права в сумочку, слово бы и не удивившись. - Осталось только выбраться из затора.
Тем временем, на город спустились сумерки. Поток машин сдерживали ремонтные работы, которые начинались в вечернюю пору. Когда они миновали строящуюся развязку, ехать стало веселее. Но Дуня утомилась, он это видел, и была молчалива.
Наконец, она припарковала машину около супермаркета:- У меня дома нечего есть. Надо хотя бы хлеба купить.Еще и хозяйственная! В животе у Тобольцева согласно заурчало.
- И колбасы! И яиц. И печенья к чаю. И бутылку коньяка.
- Думаю, коньяк - лишнее. Тебе завтра в больницу утром, а мне на работу. Так что - колбасы и печенья.
Она выглядела усталой, отвечала вяло. Да и верно - за плечами долгий день за рулем, который сам Иван провел комфортнее - в пассажирском сиденье. Хорош уже провоцировать Дуню всякой ерундой.
- А его не обязательно пить сегодня. Хотя... ты права. К тому же, не факт, что тут есть по-настоящему хороший коньяк. Лучше уж и в самом деле ограничиться колбасой с печеньем.
Но набрали они полный пакет почему-то. На кассе расплатился Иван, Евдокия даже не стала спорить. Устала. Точно устала.
Оказалось, что царица живет в типовой высотке. На пятом этаже. «Моя любовь на пятом этаже». Нет, у него хватило ума не петь в лифте. Вместо этого вслух порадовался тому, что этот самый лифт работает - а то тащиться пешком с охапкой пусть маленьких, но деревьев, было бы совсем не здорово.
А Дуня все молчала.
Квартирка оказалась типовой двушкой, крошечной.
- Куда молодильные складировать? - Иван, не выпуская саженцы, скинул с ног кроссовки, стягивая носком пятку.
- На балкон, - махнула рукой Дуня, бросая ключи на журнальный столик и направляясь в сторону санузла. Тонкие ветки с листочками существенно затрудняли обзор, поэтому квартиру рассмотреть пока не удалось.
А на застекленном балконе у Дуни оказался... кабинет. Компьютерный стол, на подоконнике куча журналов и каталогов. Иван аккуратно положил саженцы в дальний угол балкона, развернулся. Узко у нее тут. Толстый глянцевый каталог, зацепившись за его ногу, с шелестом шлепнулся на пол. Тобольцев нагнулся и поднял, листнул страницы. Плитка напольная, плитка настенная, плитка мозаичная. Посмотрел на подоконник. И там все то же самое. Плитка, обои, отделочные материалы.
