Думаешь бьётся? (СИ)

Наша старообрядческая процессия и так привлекает всеобщее внимание. Стоит только кому-то ко мне подойти, как Артём тут же взглядом от меня отгоняет. Последний подошедший криминалист и вовсе только рот открывает и тут же, захлопнув его, уходит с видом «да ну нафиг».

Стоит нам только остаться вдвоем в комнате, как я выхожу из себя.

— Что за хрень? Ты совсем обалдел? — всплескиваю руками, к нему обернувшись.

Мой внутренний негодуйский негодуй в ярости. Никогда. Никогда. Никогда он себе такого не позволял. Ни в отношениях, ни в ссоре мы с ним прилюдно не выяснили отношения.

Глава 46

Стоит, скрестив руки на груди, смотрит, злобно прищурившись и молчит. Разглядывает пристально моё лицо, по шее вниз спускается взглядом, останавливается на груди. Усмехается.

Ну что за козел?

— Блд. Невыносимый, — из последних сил сдерживаюсь. Дом людей полон.

Прохожу мимо него. Зубы разве что не скрипят.

— Куда собралась? — Артём плечо моё сталкивает мертвой хваткой. Дергает. К себе разворачивает.

Не понимаю о чем речь. Исходящий от Артема гнев меня топит. Способность мысли здрава в миг улетучивается.

— Ну что ты глазками своими на меня чистенькими смотришь? Снова не причем? Хорошая девочка никому не давала? — бросает в исступлении. — Что молчишь? — встряхивает меня так, что кости дрожат. — Я, блд, видел. Собственными глазами видел, как ты из его подъезда ночью выходишь! Сука, — теряет самообладание, отталкивает меня от себя.

Хождение по кругу. Снова следил. Боже!

Не хочу! Не хочу перед ним оправдываться. «Мы с ним не спали» — это будет убийственно жалостливо.

— Тебя не касается с кем я сплю, — произношу спокойно, чем ещё сильнее вывожу его из себя.

— Серьезно? Меня? Меня не касается? А когда тебя х*й очередной бросит, и ты убиваться начнешь… Это тоже меня волновать не должно будет?

Ком к горлу подкатывает.

— Ты больной? Знаешь прекрасно, что переживала я не из-за расставаний, а из-за того, что родить не могла. Забыл, сколько раз я, будучи с тобой в отношениях страдала по этому поводу? Ебанулся совсем на своей ревности. Чокнутый.

Где найти силы, чтоб не расплакаться? Внутренности словно кипятком опалили. Он ведь как никто другой знает, что высшая ценность для меня — дети.