Думаешь бьётся? (СИ)

Костя меня разворачивает к себе лицом, фиксируя моё лицо, заглядывает в глаза:

— Будь хорошей девочкой, ты же можешь, по глазкам твоим вижу. Не упрямься, можем неплохо время провести, если ты вредничать не будешь, — у меня дергается правое веко.

Он слишком близко, органы чувств ощущают признаки постороннего человека.

— Мне тут не комфортно. Не люблю скопления, — делаю шаг назад, хватка на моем теле ослабевает, иллюзия свободы, потому что никто меня не отпускает, — Нельзя это, — обвожу глазами толпу, — Без меня провернуть?

— Здесь все твари с парами, — взгляд теплеет, — Мне надо встретиться кое с кем.

"— У вас шпионские квесты проходят, а меня от работы отрывают.

— Тебе нравится то, чем ты занимаешься? — в голосе Кости есть нотки недоверия и интерес. Может мне кажется, ведь стоим мы рядом друг с другом, говорим тихо.

— Я с раннего детства врачом быть мечтала.

— Не встречал детей, которые хотят вскрытия проводить, — его мысль я понимаю, слышала миллион раз. Хирургия, даже если не прибыльная, всё равно престижное направление, во всяком случае я так думаю.

— Можно подумать ты на меня информацию не изучил, — смотрю куда — то в область ключиц. Мышечное развитие по нему изучать, да и только.

Костя смеется.

— Вот такого ты обо мне мнения, — будто бы обижается.

— А разве я не права?

Слегка медлит, тем самым давая ответ на вопрос.

— Ой, да, пожалуйста, там нет того, что я бы скрыть предпочла.

— Даже связь с женатым мужчиной? — резко поднимаю голову вверх, не ожидала настолько прямолинейного вопроса.

— Я посмотрю у тебя расширенная версия. Надеюсь, она была с картинками? Все мои способности заценил? — так хочется показать неприличный жест языком, но держусь.

Воздуха резко хватать перестало. Высвобождаюсь из кольца его рук полностью. Домой хочется нестерпимо. К папе. Там никто не обидит.

— Алён, подожди, — хватает меня за руку. Бесит. Нереально меня это бесит. — Прости, я не должен был. Само собой вырвалось, — я оборачиваюсь, эмоции шпарят.

Один единственный раз стоило ошибиться и все носом теперь тыкают. Сколько лет, сколько можно! Такие святые?

— Чтобы не вырывалось, нужно головой думать, для разнообразия. А ещё лучше не лезть не в свои дела, — я же взрослый человек, плакать нельзя. Тем более, мы тут не одни.

Костя обнимает меня, прижимает к своей груди мою голову. Чувствую его дыхание на своих волосах. Его пальцы аккуратно массируют мой затылок.