Дунайские волны

Она успела напялить на себя платье, не удосужившись даже надеть корсет. Да, странный у меня был сон, но почему моя милая в такой панике?

Тут уже наяву я услышал свист ядра, а затем оглушительный взрыв. «Да, пушка Пексана», – окончательно проснулся я. Вряд ли кирпичные стены нашей гостиницы выдержат попадания пары-тройки таких гостинцев. А может, для того, чтобы превратить здание в груду кирпичей, и одного ядра хватит. Судя по грохоту взрыва, он прогремел футах в двухстах от нас, не далее.

– Джон, ну сделай что-нибудь! – заорала жена.

Я очнулся от своих мыслей, мгновенно (как во время войны) натянул брюки и куртку, сунул босые ноги в туфли, схватил сумку с деньгами и документами – на все про все ушло меньше минуты – взял Мередит под руку. Мы скатились вниз по лестнице и выбежали из здания. То, что мы увидели, напоминало картину «Последний день Помпеи», увиденную нами несколько дней назад в Академии художеств в Санкт-Петербурге.

Те же полуодетые люди, мечущиеся туда-сюда по улицам с выражением ужаса на лицах, та же тьма, чуть подсвеченная огнем многочисленных пожаров. Только вот смерть городу несла не лава вулкана Везувий, а вспышки орудийных выстрелов из гавани, там, где встала на якорь прибывшая вчера англо-французская эскадра…

Пять дней назад мы покинули Санкт-Петербург на пароходе. Погода была скверная, моросил дождь, было промозгло, так что почти все время мы провели в каюте, тем более что время от времени довольно сильно качало и у Мередит начинались приступы морской болезни.

В таких случаях мне не всегда удавалось вытащить супругу на обед либо ужин. Но когда качка утихала, она опять начинала улыбаться и вспоминать, какого хорошего жениха нашла наша Мейбел. Мне он сначала не совсем понравился, тем более что он янки. Но узнав, что он герой, удостоенный высшей боевой награды России, и увидев, с какой нежностью он относится к нашей дочери, я тоже немного оттаял. Да и кольцо, купленное им для нее, было поистине королевским (или царским?) подарком.

А когда я его прямо спросил про его подвиги, он лишь смущенно улыбнулся и ответил:

– Глупое дело нехитрое, мистер Катберт. Не было там никакого героизма. Просто мне чуть-чуть повезло, оба раза.

Но его коллеги мне рассказали другое.