Дунайские волны

Причем с дистанции, не дававшей англичанам с французами никаких шансов.

Неожиданно для всех, флот, вместо того чтобы продолжить путь, встал на якорь недалеко от центра города. После обеда не на шутку встревоженный герр Буххольц отозвал меня в сторонку и сказал:

– Мне только что доставили сегодняшний номер «Berlingske aftenavis». Это наша лучшая вечерняя газета, но сегодня она вышла раньше, чем обычно, из-за экстренного сообщения. Англичане с французами предъявили нашему королю ультиматум. Завтра днем мы узнаем, каков будет ответ его величества.

 – И, чуть помедлив, осторожно добавил: – Будем готовиться к худшему. Я еще помню бомбардировку Копенгагена в 1807 году. Мне тогда было восемь лет. При бомбардировке у меня погибли мама с папой, и мне пришлось переселиться к бабушке с дедушкой. Если опять начнется то же самое, бегите в подвал. Вход в него за углом, и там можно пересидеть любой обстрел.

– А что с нашим завтрашним пароходом?

– Все рейсы пароходов во всех направлениях отменяются до особого распоряжения и возобновятся не ранее послезавтрашнего утра.

Сообщение об отмене распоряжения будет опубликовано либо в этой газете, либо в ее утреннем издании «Berlingske tidende». Не беспокойтесь, я сразу дам вам знать, как только мне что-либо станет известно.

Мы с Мередит переглянулись. Еще в первый свой приезд мы ходили гулять по городу. Конечно, он был достаточно красив, но если б я не знал, что здесь столица, я б подумал, что нахожусь в глубокой провинции. Делать здесь было практически нечего – редкие магазинчики, немногочисленные пивные, где сидели неразговорчивые датчане, курили неизменные трубки и пили пиво, закусывая его бутербродами с рыбой.

Королевские дворцы в Амалиенборге и замок в Розенборге мы в тот раз уже видели – красиво, конечно, но двадцати минут в первый приезд оказалось более чем достаточно для того, чтобы оценить их снаружи, ведь внутрь частных лиц не пускали. Мы спросили у герра Буххольца, что бы он нам еще порекомендовал увидеть. Тот, подумав, сказал:

– Есть музей герра Торвальдсена – это наш знаменитый скульптор.

Мередит очень любит такие музеи. Я предложил ей туда сходить, но она лишь покачала головой:

– Может быть, завтра, если нам придется здесь еще задержаться.

– Хорошо, – кивнул наш хозяин. – Миссис Катберт, наверное, захочет сходить на королевскую фарфоровую мануфактуру. Там есть неплохой магазинчик, который торгует товарами этой мануфактуры. Дамам он очень нравится.