Дунайские волны

Тем более, то, что там происходило, без сомнений, было карой небесной, даже если все делалось русскими руками.

Вскоре все вражеские корабли либо горели, либо спустили флаги. А чуть позже к ним с необычайной скоростью стали подходить шлюпки.

– Призовые команды, – хриплым голосом произнес Джон. Я с нежностью посмотрела на мужа. Он держался молодцом, но лицо его было белым, как снег, и покрылось испариной – наверное, от боли. Поцеловав его в лоб, я шепнула:

– Сейчас придет помощь, милый…

Через несколько минут четыре скоростные шлюпки пристали к берегу, и из них высадились люди в форме, похожей на ту, которую мы впервые увидели на Нике.

Они разбрелись по берегу, а несколько из них направились в нашу сторону. Один из них показался смутно знакомым – он осматривал раненых и покалеченных, после чего их перевязывали девочки в форме, которые были с ним. А некоторых раненых парни в матросской форме клали на носилки и куда-то уносили.

И тут произошло нечто совершенно фантасмагоричное. С другого конца улицы к развалинам гостиницы подъехала бричка, из которой вышел молодой человек и спросил что-то по-датски, показывая на два ящика.

На них была написана (с ошибками) наша фамилия, название нашей гостиницы и, кроме того, присутствовала печать Королевской мануфактуры. Самое время, подумала я, и ответила ему по-английски:

– Да, мы и есть мистер и миссис Катберт, но, как видите, гостиницы нашей больше нет.

Тот начал лопотать дальше, но в это время к нам подошел тот самый, смутно знакомый мне русский.

– Миссис Катберт?! Здравствуйте. Вы меня не помните? Я Алекс Емельянов.

Я вспомнила, где я его видела – на помолвке моей Мейбел. По ее словам, он заботился о ней сразу после того, как мою девочку выудили из воды. А сейчас Алекс деловито осмотрел Джона, сделал ему пару каких-то уколов, после чего сказал:

– Значит, так. Мистер Катберт нуждается в срочной операции. Мы доставим его на «Смольный», где ему ее сделают. Скоро подойдут два госпитальных парохода – их переоборудовали из трофеев, захваченных при Бомарзунде, – и мы отправим его в Петербург для дальнейшего лечения.

– Естественно, вы тоже отправитесь с мужем.

– Алекс, скажите, а вы сможете спасти ногу Джону?

– Конечно, сможем, миссис Катберт, у вашего сына был перелом похуже, а он скоро уже будет ходить и даже танцевать. Но лечение вашего мужа продлится несколько недель, а то и месяцев.

– Мы за лечение пострадавших от террористов (я еще подумала, что это за слово такое?) денег не берем.