Дунайские волны

Высадились мы в каком-то заливчике, где нас уже ждали несколько человек с лошадьми, на которых навесили принесенные с парохода тюки. Меня усадили на достаточно смирную лошадку, и мы направились вдаль от побережья. Сначала дорога была еще ничего, а вот когда мы поднялись чуть повыше, тропа пошла через дремучий лес, да еще и по колено в снегу. Но лошадки шли в неплохом темпе – похоже, они ходили по этой тропе не раз и неплохо ее знали. Горы были не слишком высокими, метров, наверное, четыреста или пятьсот.

Ночевали мы в избушках, затерянных в этих диких лесах.

На третий день подъем сменился довольно-таки крутым спуском. На мой вопрос, не в Норвегии ли мы, Чарли лишь кивнул. А в скором времени мы доехали до какой-то деревни, где нас ждали неплохой обед и ночлег на сеновале. Кстати, я заметил, что с того момента, как мы оказались в Норвегии, меня уже не так пристально оберегали, из чего я понял, что, в отличие от Швеции, здесь у меня шансов сбежать и уйти от погони попросту нет.

А с утра мы не увидели наших лошадей, зато нас ждала крытая повозка, в коей мы и разместились. Наконец, двадцатого числа – первого ноября по новому стилю – мы прибыли в какую-то рыбацкую деревню, расположенную в самом настоящем фьорде. И там нас ждал еще один пароход, побольше. На рассвете следующего дня он покинул фьорд и вышел в открытое море.

И вот, наконец, Эдинбург. Но причалил пароход не туда, где виднелся порт с кучей разнокалиберных кораблей, большей частью парусных, а к каким-то пустынным мосткам рядом с большими зданиями.

Интересно, не тюрьма ли это? Но мне предложили довольно уютную комнату на втором этаже длинного здания, без решеток на окнах. Услужливый лакей сообщил, что для меня в соседнем помещении готова ванна. Потом был довольно сытный ужин. Я улегся на мягкую кровать и неожиданно для себя заснул.

Разбудил меня лично Каттлей, когда уже стемнело.

– Федор, нам пора. Я попрошу вас одеться поприличнее. Вот специально сшитое для вас платье.

– А куда мы пойдем? – спросил я, позевывая в кулак.

– Увидите, – похоже, что Каттлей решил сделать мне сюрприз.

Пройдя по коридорам, мы подошли к двери, украшенной лепным карнизом. Стоящий рядом с ней лакей, увидев нас, поклонился и спросил:

– Господин Каттлей и господин Файлонов?

– Да, это мы, – ответил мой спутник.

– Вас ждут, проходите.

Мы вошли в небольшой зал с обитыми шелком стенами и люстрой венецианского стекла.