Дунайские волны

– Олег Дмитриевич! – вышел на связь командир БЧ-7. – Цель на ост-зюйд-ост, дистанция восемь миль!

«Наконец-то, – подумал я. – А то уже скучновато стало…»

После нашей славной охоты в Северном море мы высадили всех гражданских лиц на пустынном берегу к югу от Инвераллохи, после чего демонстративно отправились на юго-запад, пока не вышли из пределов видимости. Пусть наши английские, точнее, шотландские друзья в этих краях немного понервничают. Затем мы повернули на север и прошли между Оркнеями и Фэр-Айлом и, к их счастью, не встретили ни единого корабля, пока не подошли к острову Сувурой.

В Твёройри мы передали представителю местной власти грозную бумагу из Копенгагена, подписанную самим королем. Недовольный управляющий королевским портом, прочитав ее, смотрел на нас, как на злейших врагов. Но узнав, что нам требуется продовольствие не только для экипажей, но и для нашей будущей базы, резко подобрел и клятвенно заверил нас, что все будет в лучшем виде.

Конечно, нас в Копенгагене осведомили о ценах на баранину и рыбу на Фарерах, равно как и про порядок взаиморасчетов, так что заломить несусветную цену у него не получилось. И хотя он и начал было плакаться о том, что мы, дескать, грабим его, но рожа его к концу переговоров была весьма довольной. Мы уже знали, что на островах дерево было дорогим, зато уголь, который добывался здесь же, на Сувурое, у поселка Хвальба, стоил сравнительно дешево. Но пока у нас был свой, реквизированный с захваченных кораблей.

А угольные печи для сборных домиков у нас имелись – как и сами домики, которые мы раздобыли в кажущихся бездонными контейнерах «Надежды».

Выгрузив детали разборных домов, а также орудия будущей батареи, которая закроет вход в Тронгисвагский фьорд, мы помогли устроиться тем, кто останется на новой российской базе, разметили позиции артиллерии, установили радар и радиостанцию. Кроме того, мы обнесли два здания колючей проволокой.

Здесь будет находиться будущий временный лагерь для военнопленных, коих у нас на данный момент пока еще не было, но как сказал Федя в «Операции Ы»: «Будут».

И вот, наконец, вчера, как только начало светать, мы – «Бойкий» и «Смольный» – покинули нашу новую базу. А к сегодняшнему утру наконец-то вышли к воротам Ирландского моря – Северному проливу, где нам и предстояло неожиданное романтическое рандеву с неизвестным плавсредством.