Они были намного темнее, чем на голове и груди. Упругие, приятные на ощупь. Влада задержалась, прислушиваясь к своим ощущениям. Да-а-а, ей нравилось прикасаться к ним. Вот так распластать пальцы внизу живота Севера и наслаждаться ощущением шелковистой упругости, пружинистости.
– Влада-а-а-а…
Еще один рык говорил, что у кого-то заканчивается терпение.
Если бы Владу чуть позже спросили, что с ней происходило, что на нее нашло, она бы не ответила. Радовало то, что она будет помнить все, что делала, значит, осознанно, пусть и не до конца.
Значит, так ей хотелось… Так диктовала сущность, что меняла ее личность, делала более открытой, смелой. Ее рука добралась до эрегированного члена и дотронулась до ствола, крепко обхватив и чуть сжимая. Ни робости, ни неуверенности. Да, Влада не знала, как именно доставлять мужчине наивысшее наслаждение, она не обладала навыками профессиональных путан, но тут и не требовалось. Она чувствовала, как нравятся ее прикосновения Северу, как его крупное, натренированное, вылепленное словно из камня тело замерло в предвкушении.
Рыки, вырывающиеся у него из груди, были подтверждением, что ему не безразличны ее ласки и он не оставался холодным и отстраненным.
Сталь, упирающаяся в грудь, сковывала движения, но Влада ни за что бы не попросила ее убрать.
Ей нравилось.
Кровь в венах играла, стремительно унося жар по всему телу.
Влада подняла голову и посмотрела в лицо Северу. Еще одна, куда более сильная, жаркая волна окатила ее, стоило увидеть, каким прожигающим, выворачивающим наизнанку душу взглядом смотрит на нее муж.
Сейчас его взгляд был открытым, доступным, и она читала в нем оглушающую по своей силе страсть, что грозилась и ее вовлечь в водоворот стихии. Уже увлекла…
Вверх-вниз. Движение руки. И мужские губы сжимаются с еще большей силой.
– Активнее, девочка."
"Ее пальчики скользили по твердому стволу, лаская бархатистую кожу. В какой-то момент задержались на головке, очертили, приласкали. Влада не видела – почувствовала, как жемчужная капелька выступила у основания, будоража ее женственность и потаенную власть над мужчиной.
Смертельно опасное оружие, хранившееся в самом Севере, продолжало блуждать по ее коже в районе груди, оставляя чуть заметные следы. Север точно знал, с какой силой прикасаться. Водил лезвием, наслаждаясь эффектом. Он видел все, что творилось с его девочкой. Возбуждение, усиливающееся с каждой секундой, ее легкий азарт, которому она поддавалась, не противясь.
