Дурманящий запах мужского пота, помноженный на спиртное и парфюм, пьянил, вызывал странные, пугающие ощущения, и девушка взмолилась, чтобы не испытать даже маломальского оттенка возбуждения. Не должна, но вдруг… Тогда она точно пропала.
Влада, закрыв глаза, начала думать о чем угодно, только не о мужском теле. Вспоминать детство, как они с бабкой жили в клане, как беседовали с ней по вечерам. Ее наставления быть осторожной и предусмотрительной. Не ввязываться в авантюры. Последнее наставление она проигнорировала, о чем сожалела.
Альфа, абсолютно не чувствуя ее веса, спустился вниз, прошел через гигантский холл и лишь на кухне опустил ее. Влада обвела взглядом комнату. Большая, светлая, напичканная современной техникой. Деревянный стол из черного дерева, тоже очень красивый.
– Садись. Буду тебя кормить.
Альфа, ее кормящий?
Луна… Что же происходит? И главное – к чему приведет?
Многие оборотни-мужчины занимали принципиальную позицию – дома ни одного лишнего телодвижения. Есть жены-хозяйки, они и должны хлопотать.
Привычный образ жизни. А тут сам Крестовский…
У Влады сжались мышцы живота.
– Я могу…
– Сядь.
Влада едва не присела на корточки – такой волной обдало ее. Крестовский даже голоса не повысил, а ее пришибло.
Она метнулась к столу, едва не запутавшись в чертовой простыне, споткнулась, умудрилась устоять на ногах, с шумом отодвинула стул и плюхнулась на него. Все. Сказали сесть – села.
Но это был нонсенс! Альфа, собирающийся ее кормить.
О последствиях Влада запретила себе думать.
Ароматы, что витали на кухне, лишь способствовали возбуждению аппетита. В животе снова громко заурчало.
– Итак, Влада, я хочу знать о тебе чуть больше. Сколько, допустим, тебе лет?
– Двадцать, – быстро ответила она, не отрывая взгляда от его мощной спины. Мускулы от его движений перекатывались, играли. Боксеры сидели непозволительно низко.
Как бы Влада ни относилась к мужчинам в целом и к данному экземпляру в частности, вид голого сильного Севера с атлетическим телосложением, без намека на грамм жира, не мог ее оставить равнодушной.
Взгляд снова и снова устремлялся к нему.
А тут и вкусно пахнущая еда. Бифштексы, что он достал из духовки. Мягкие. Сочные.
– В двадцать и остаться девственницей в стае Зияра – чудо.
Влада вначале даже не обратила внимания на его слова, ее взгляд намертво приклеился к белоснежной тарелке, которую поставили перед ней и на которой красовался нереально аппетитный кусок мяса. Остальное ушло на второй план.
