Душа моя

И чтобы снаряженная масса тонн на семь, не меньше! Договорились по срокам, и я сделала предварительный заказ спецтехники. Будущий ответ перенаправила в бухгалтерию для оплаты.

Саша Голубев доложил, что занят на объекте и будто бы там все в порядке — после обеда должны подъехать с заказчицей и подписать акт сдачи-приемки выполненных работ.

Ближе к обеду дождалась звонка от Олега:

— Еле пробился к главному, Ир — о состоянии больных ставят в известность только родственников. И к нему тоже не пускают — даже не пытайся.

Все по-старому — пока жив. Затребовали и ждут историю с последнего места лечения…

Потом я пыталась работать с бумагами — сделать общий обзор лично для себя. И… годовая отчетность, это, конечно, важно. Но сроки сдачи ее в разные контролирующие органы сильно растянуты по времени — справка в ФСС подается вообще в середине апреля. Так что время еще будет, а сейчас голова что-то вообще не соображала. Отложила…

Света зашла уточниться на счет маленьких новогодних подарков для работников. Их у нас не так много — чуть больше сорока человек.

Но все проверены временем, надежны и даже где-то дороги, даже неуёмный в своем женоненавистничестве Потапыч. То, что еще раньше предложила Светлана, оказалось весьма… — букеты для семей сотрудников из фруктов и фигурного шоколада. Образец как раз и доставили — красиво… Остальные подвезут завтра. Будут еще конверты с открыткой в них и тысячной купюрой — мелочь, но мужикам должно быть приятно.

Прошла в туалет и только сейчас бросилось в глаза, что коридор офиса красиво украшен световыми гирляндами и крохотными еловыми веточками.

На оконных стеклах ажурные снежинки из салфеток, на рабочих столах в кабинетах тоже веточки — в искусственном инее и с крохотными шариками. В бухгалтерии и у нас с Сашей — блюда с мандаринами и они пахнут… Все это сделали Света и Аня — постарались.

Старалась и я — на мне были личные поздравления с Наступающим. Смежники, поставщики, наметившиеся заказчики, налоговая, пожарная…

Это тоже рутина… праздничная, но все равно рутина — обычные дела, которые мягко и ненавязчиво приземляли, будто пытаясь вернуть меня в привычный мир.

И не справлялись… Там — в сухих бурьянах, в гадючьей яме или же на теплой Ольгиной кухне… но что-то будто надорвалось внутри. А может это случилось ночью, когда слезы должны были отпустить на свободу, очистив душу и освободив от обид? Должны были — я крайне редко плачу. А нет — и этого оказалось мало. Я будто переосмыслила что-то, получив ту дикую встряску.