Хочу блистать в столице, — Альма игриво приложила к голове одну из шляпок, которые брать не собиралась.
Как Ринар планировал объяснять появление хорошо забытой старой жены, ее не волновало. Она знала, что сделано это будет таким образом, что ее ни в чем не заподозрят, остальное уже не интересовало.
— Блистать? — Свира села на кровать, пораженная собственной же догадкой. — А как же тогда Крон? Вы ему сказали, что вы…
— Забирай его себе, Свира! — Альма подлетела к служанке, схватила ее за руки, заставила подняться, а потом с хохотом закружила.
— Забирай себе! Я же знаю, ты по нему с ума сходишь. Я уезжаю, мне он не нужен. И я ему не нужна. Он меня быстро забудет, а ты будешь рядом. Обогрей, облюби. Я буду за вас рада.
Остановившись, Альма сняла с головы шляпку, вручая ее то ли подруге, то ли служанке. Свира никогда не была для нее слишком близкой, между ними всегда стояла зависть по отношению к богатству, а еще важней — к Крону, но уезжая, Альма хотела хотя бы о ней оставить в памяти хорошие воспоминания.
— И это возьми, — схватив с трюмо свой любимый шелковый платок, Альма вложила в ладонь растерянной Свиры еще и его. — Береги себя, — девушка притянула горничную в объятья, сжала сильней, — и его тоже береги, хорошо? Он достоин лучшего… лучшего, чем я.
С Кроном она решила не видеться. Что она ему скажет? Что не любит и ради него не готова жертвовать ничем? Что уедет и даже не вспомнит? А ведь так и есть. Она не пожалеет, что оставила его в прошлом. Не пожалеет, что отказалась от кольца, что не решилась встретиться перед отъездом тоже не пожалеет.
Лучше уехать так, не попрощавшись, чем растоптать его сердце еще раз. По ее сердцу потоптались хорошо. Альма знала, как это больно. Потому-то подобной боли молодому человеку не желала.
Надежда на то, что Ринар просто не заметит, что воспитанница уехала, теплилась в Альме до последнего. До того самого момента, как он настиг ее, уже покидающую комнату.
— Альма, — ее придержали за руку, развернули на месте, сжали в объятьях.
Девушка уткнулась носом в шею опекуна, боясь вдохнуть. Только не его запах. Только не это. Благо, Ринар держал ее так недолго. Сам отстранился, отступил.
— Спасибо тебе.
— Не за что, мой лорд.
— Теперь я в неоплатном долгу перед тобой. Проси все, что хочешь.
— Вы сделали уже достаточно. Благодаря вам я еду в столицу. В новую жизнь. В жизнь, которой никогда не было бы, не найди вы меня когда-то.
Ей не нужнее был должник Ринар.
