Только старушка-нянечка Матильда иногда приносила книгу и выбирала одну из историй, которые я слышала уже раз по сто, чтобы рассказать мне перед сном.
Но однажды её не стало. Мне не сказали, уволили ли её за ненадобностью, так как я «уже выросла», или женщина сама ушла, но факт оставался фактом. Читать мне было больше некому. Я была обучена грамоте и знала, где лежат детские книжки, но стоило мне погрузиться в какую-нибудь историю, как я понимала: всё не то. Сказка куда волшебнее, когда её тебе рассказывает кто-то другой.
Дни шли за днями, недели за неделями. Я уже и думать забыла о том, чтобы в очередной раз попросить матушку что-нибудь мне прочесть. У неё были дела поважнее: новые украшения или сплетни об остальных возлюбленных отца. Сам же правитель почти никогда не мог найти время на каждого из своих отпрысков. Делами государства тоже нужно было заниматься.
Во дворце было жуть как скучно. На улице стояла промозглая осень, гулять не хотелось, а сидеть взаперти надоело до одури. Я бродила по огромным залам и коридорам в поисках интересного занятия.
Наигравшись в прятки со старшей сестрой, решила пойти в библиотеку, чтобы взять что-нибудь почитать. Уселась в большое мягкое кресло с каким-то из романов, которые так любили старшие сёстры, но быстро вернула его на место, прихватив с полки любимый сборник сказок. Но стоило мне устроиться поудобнее, как я незаметно уснула.
Глаза продрала уже ночью, да и то лишь потому, что тело затекло и спать в кресле было жутко неудобно.
Потянулась и вздрогнула, когда книга грохнулась на пол. Совсем о ней забыла. Вскочила с места, чтобы её поднять, и тут же замерла, так как поняла, что нахожусь в библиотеке не одна.
— Привет. — Приятный мужской голос раздался у меня за спиной. — Прости, если напугал, думал, здесь никого нет.
Обернувшись, увидела парня немногим старше меня. Он стоял неподвижно, держа в руке зажжённую свечу, будто и правда не хотел меня испугать. Сразу же обратила внимание на его глаза. Диал. Одежда странная, не местного пошива: кожаные штаны и куртка с замысловатой шнуровкой поверх белой рубахи.
Даже ремень и тот из того же материала. На руках перчатки для верховой езды. Такое носили только очень богатые господа и их отпрыски. А самое любопытное — шейный платок. В Лиссии мужчины их не любили. Даже в полутьме было видно, что волосы у него пшеничного цвета. Симпатичный.
— П-привет, — неуклюже поздоровалась я, не зная, как правильно себя вести с незнакомцем.
