Два босса для меня

Гном, прекратив ласки буквально за мгновение до финала, и вызвав этим беспомощный и жалкий стон, помог приятелю, распластывая меня на углу стола так, чтоб легко добраться можно было.

Маленькую подушечку с дивана подложили мне под шею, заставив свесить голову с края, и зафиксировали жестко и недвижимо в совершенно беззащитном положении.

Я зажмурилась обреченно, представив на мгновение эту картину со стороны: я лежу на краю стола, голова свесилась, волосы метут пол, ноги бесстыдно раскинуты… И мои боссы смотрят на меня, жадно и возбужденно…

И нет, меня это не пугает.

— Я долго не смогу, — прохрипел Саня, расстегивая ширинку и осматривая меня поплывшим, мутным взглядом.

— Скорострел, блять, — прокомментировал Гном, проводя по влажной промежности пальцами и заставляя меня дрожать и вскрикивать.

— Послушайте, я… — облизнув губы, попыталась я высказаться, но жесткая ладонь Сани снова легла на мое горло, неотвратимо и жутковато, а Гном, еще раз проведя пальцами внизу, через мгновение уже мягко и длинно погружался в меня, поражая тесной, запередельной заполненностью.

— Малы-ы-ыш… — застонал он, войда на полную длину и заставив обхватить ногами бедра, — бля… Малыш… Офигенная… Бля…

Я выгибалась от проникновения, сходя с ума, ощущая, как ездит спина вперед и назад по гладкой поверхности стола, как стягивает все внизу живота в воронку, горячую, неотвратимую. И смотрела на Саню. Просто потому, что он не позволял мне смотреть куда-либо еще, только на него. В его лицо, в его глаза безумные, твердо сжатые губы.

— Ближе ее мне, — скомандовал он Гному, и тот понятливо подтолкнул меня еще к краю.

— Раскрой рот, — приказал Саня, становясь напротив лица и проводя членом по губам.

Я раскрыла рот и позволила проникнуть в себя. Не до основания, конечно, слишком уж размер был серьезный, но все равно глубоко. До горла.

Саня тихо зашипел от переизбытка ощущений, начал двигаться неторопливо и аккуратно, не убирая ладонь с горла, словно хотел ощутить себя во мне.

Гном ускорился, явно не в силах дольше терпеть, и мне оставалось только закрыть глаза и отдаться стихии.

Я все равно ничем здесь не упралвляла, да и не стремилась к этому.

Мужчины брали меня так, как им хотелось, жадно и пошло, кабинет наполнялся нашими перемешанными запахами, звуками секса, тихой руганью Гнома, моими слабыми стонами и тяжелым дыханием Сани.

Я ощущала себя… Безумно пошлой, развратной, грязной. Счастливой. Такой странный, сумасшедший коктейль.