Два босса для меня

Если до этого они просто спасали нас с Ксюшкой, не думая о том, из-за чего все случилось, то сейчас…

— Ковер… — выдохнул Саня, леденея лицом и безотчетно двинувшись вперед, затем, вспомнив, что у него на руках Ксюшка, остановился, — сука…

— Как интересно… — пробормотал Гном, тоже жестко вглядываясь в поплывшее от времени лицо Ковра, — я мы думали, ты сдох уже давно…

— Не в этот раз, сучата! Хотя, конечно, подставили вы меня с вашей шлюшкой знатно… Но я выкрутился! И вернулся! Правда, если б знал, что за всем этим не только Окунь, но и вы двое… Но люди Окуня только ее сдали… Про вас ни слова.

— Что значит, ее сдали? — тихо спросил Гном, даже не столько Ковра, неожиданно начавшего биться в припадке, сколько самого себя. И меня.

Я была не в силах выяснять отношения, да и плохо стало внезапно до ужаса, судя по всему приступ клаустрофобии таки догнал…

В глазах потемнело, голова закружилась, и я с облегчением и каким-то блаженством даже провалилась в спасительную тьму.

Глава 36

Глава 36

— Мне твой Корней сразу позвонил практически, только вы за дверь вышли, — рассказывала Варька, сидя возле моей кровати в частной, и, судя по обстановке, жутко дорогой клинике, — я сначала не брала, испугалась, а потом взяла. У него такой голос был… безжизненный. Я сразу узнала.

— Откуда ты его голос… — начала я, но потом замолчала. Понятно, откуда.

— Ну… подслушала пару раз, как ты сним разговариваешь… — вздохнула Варька, — и вообще, это сейчас неважно… Главное, что он мне сходу заявил, чтоб вы уходили. До тебя не дозвонился, наверно…

Я кивнула. Наверно. Я еще и телефон свой не видела, чтоб прояснить, звонил мне Корней или нет.

Надо будет узнать, как он. Ведь, судя по всему, это про него Ковер говорил… Его пытали, значит? Блять… И он ничего не сказал? А потом нашел возможность мне набрать? Черт, я начинаю верить в людей…

Тут зашла медсестра, проверила у меня пульс, давление и приказала лежать и никуда не уходить, обещая скоро вернуться и взять анализ крови.

На мой взгляд, это все было ненужным, чувствовала я себя хорошо, но медсестра, чуть поморщившись, ничего не ответила, вышла из палаты.

Я села поудобней и кивнула Варьке, чтоб продолжала.