Два дня

Но на взгляд Демарко это была просто обширная топь, поросшая колючими кустарниками и вьющимися растениями.

– У него нет шансов перебраться через эту жидель, – громко сказал Демарко, но только самому себе.

Три собаки, тяжело дыша, сели рядом со своими дрессировщиками; четвертая улеглась, макнув морду в грязь, у ног своего. Демарко показалось, что четвероногие ищейки впали в уныние или даже в замешательство. Да и было от чего. За десять минут до этого путь Хьюстона пересекся с грунтовкой и повернул на юг. Но всего через тридцать ярдов собаки остановились, отбежали назад, снова учуяли запах и, поводя носами, устремились на северо-запад по той же самой дороге только для того, чтобы опять потерять след у кромки болота.

– Он изменил свое намерение, – сказал Демарко.

– Думаете, направился домой? – спросил один из патрульных.

– Но это было бы глупо с его стороны, так ведь, сержант? – добавил другой.

Демарко ничего не ответил. Собаки бездействовали, патрульные не знали, что делать.

Трое полицейских сбились в кучку чуть позади Демарко.

– Не думаешь же ты, что он в одиночку перешел или переплыл эту топь?

– Не плохо было бы спустить собак.

– Да, но в это время года температура воды вряд ли превышает десять градусов.

– Сколько бы ему потребовалось времени на то, чтобы перейти болото? Двадцать, тридцать минут? Да уже через десять минут у него бы развилась гипотермия.

– Ты говоришь «перейти», как будто знаешь, какая тут глубина.

– Господи, да это клюквенное болото. Какая тут может быть глубина?

– А ты, можно подумать, эксперт по клюквенным болотам?

– Насколько я знаю, они обычно бывают неглубокие.

– И какая у них может быть глубина, всезнайка ты наш?

– Думаю, от трех до пяти футов. Где-то в этих пределах.

– Ну, так зайди туда, а мы проверим.

Сержант метнул на патрульного со своего участка недовольный взгляд. Демарко и Морган знали друг друга уже семь лет и много раз работали вместе. Морган понял сержанта без слов.

– Эй, парни, потише!

– А чего такого? – спросил один из них. – Если бы он был где-то рядом, собаки бы это знали.

Морган повернулся к говоруну.

– Умолкни, – снова осадил он его.

В небе то усиливалось, то угасало монотонное жужжание вертолета, кружившего над зоной между клюквенным болотом и озером Уилхелм. Демарко нажал на кнопку своей рации.

– По-прежнему ничего? – коротко спросил он.