Два секрета любовницы

 — Синния опустила руку вниз между ними, нашла его напрягшийся член и сжала, помня, как он раньше стонал от удовольствия.

— Я хочу почувствовать тебя внутри. — Она водила пальцами по гладкой твердой плоти, провела по самому кончику, чувствуя, как он пульсирует у нее в ладони. — Пожалуйста.

Он со стоном изголодавшегося человека прижался ртом к ее шее. Ее обожгло, а затем сладкая боль отдалась во влажных складочках под пушистым бугорком, накатилась шквалом, таким мощным, что колени у нее согнулись.

Он просунул ей руку под спину и приподнял ее с торжествующей улыбкой победителя.

— Ничто не сравнится с той радостью, когда я знаю, что подарил тебе удовольствие, — сказал он, неся ее к кровати. — От этого я еще больше тебя хочу.

Он прижал ее к краю, оперся на руку и навис над ней, погружаясь в ее лоно легкими, скользящими толчками.

— Не дразни, — попросила Синния.

— И как сильно хочешь? — Он не осмеливался погрузиться целиком.

— Очень. — Она обхватила его бедрами, побуждая войти в нее глубже. И не сдержала крика, когда он внял ее желанию.

Знакомая радость слияния заполнила ее.

— Синния… я не хочу причинять тебе боль. Скажи мне, если я слишком увлекусь. — От напряжения его трясло.

— Покажи, что ты хочешь меня, Анри.

— Ты еще сомневаешься? — прохрипел он. — Я сейчас разорвусь.

А она горела от покалывания внутри, ощущения были такими острыми, такими сладостно‑мучительными, что она едва могла это вынести.

— Ну же! — крикнула она.

Они сливались телами, ртами. Синния подталкивала его бедрами, чтобы он оставил осторожность.

У него вырвалось хриплое проклятие, оба были на грани взрыва. Каждый рывок Анри — это сплав мучительного наслаждения и абсолютного восторга обладания друг другом.

Синния царапала ему ногтями плечи.

— Не бойся, ты меня не сломаешь. Сделай это, Анри. Быстрее.

— Это ты меня сейчас сломаешь. Останови меня, если…

— Да! Вот так! — Она двигалась в унисон с ним, плача под напором восторга.

— Сейчас, Анри. Пожалуйста… Вместе со мной. — Она задыхалась, ее сотрясала дрожь.

Он перестал укрощать себя, у него вырвался крик удовольствия, и они оба одновременно вознеслись наверх.

Это было прекрасно. Синния с улыбкой устроилась в его объятиях.

И, уже почти погрузившись в сон, она вдруг поняла, что главный вопрос так и остался открытым.