Два семестра волшебства (СИ)

Судя по потому, что видела Айлинн — отлично взаимодействует с волосами, отлично сочетает силу и материал, а живой материал — это отдельный вопрос, артефакторы работают с неживым. А все эти воздействия на людей — на грани артефакторики и целительства, хоть и называются прикладными. Ну и её студенты будут изучать взаимодействие с живой природой во втором семестре третьего курса, вряд ли раньше.

Но нужно было ответить на вопрос, и Айлинн задумалась — через двенадцать часов будет два часа ночи, третий. Хватит? Или лучше подольше?

— Восемнадцать, — ответила она.

— Хорошо, — кивнула мастер.

В итоге соломенная копна Айлинн превратилась в аккуратные волнистые волосы, часть которых была поднята в хвост на затылке, а остальные спадали на спину управляемым водопадом, и пара прядей обрамляла лицо. Годится.

После ухода мастера следовало чуть-чуть поесть и заняться остальным. Платье висело на плечиках, по нему Айлинн просто прошлась руками, удаляя с деликатной ткани пылинки и заломы. Накрасилась она тоже сама — это в целом проще, чем сделать причёску.

И как раз незадолго до пяти часов оделась, проверила содержимое сумочки — телефон, зеркало, помада, карточка — на всякий случай, что там ещё может быть нужно? Наверное, ничего. Если что-то пойдёт не так — то она просто вызовет такси и уедет домой.

Так, стоп. Всё пойдет так, как нужно. Иначе просто быть не может.

Вообще ей редко когда удавалось быстро успокоить себя саму, но тут не вышло долго думать — потому что Ирвин позвонил снизу.

Кажется, спустя мгновение он уже был на её пороге — совершенно прекрасный. В смокинге и с бабочкой и в лаковых туфлях. Вот ведь, умеет и в цветастой рубашке, и вот так, да?

А он, её прекрасный Ирвин, просто стоял столбом, едва ли не с разинутым ртом.

— Айлинн, ты… — почему-то голос его стал хриплым. — Ты самая красивая девушка в мире.

Он шагнул к ней и кончиком пальца дотронулся до того места, где тонкая гладкая ткань прикрывала грудь — не полностью, на три четверти, вечернее же платье, нужно декольте.

И от этого простого жеста её тоже всё равно что встряхнуло, захотелось зажмуриться и потянуться к нему…

Они целовались, и наверное, опоздали бы и опозорились, но у него зазвонил телефон.

— Тьфу ты, таксист спрашивает, сколько ещё ждать, — он с сожалением оторвался от неё.

— Так, поехали, — строго сказала она. — Всё потом.

— Потом, говоришь? — улыбнулся он. — Я запомню, о прекрасная Айлинн.

— Да пожалуйста, — улыбнулась она.